Книга Злодейский путь! Том 3, страница 222 – Эл Моргот

Риту высыпала на низкий столик конфеты.

— А где братец Ал? – спросила она.

— Он сказал, что устал и хочет спать, – недовольно буркнул Шен.

— Может, мне принести ему конфеты? – предложила девушка.

— Как хочешь.

Риту с сомнением посмотрела на закрытую дверь, но затем все же сгребла несколько конфет на поднос и пошла к Алу.

Шен проводил ее беспокойным взглядом, надеясь, что это всего лишь товарищеская забота, а не пылкая влюбленность. Как бы ни был хорош Ал, Шен был категорически против, чтобы его внучка отдавала ему свое сердце, становясь в ряд многих его побед. И только не надо рассказывать ему про «ту самую, способную угомонить главного героя и стать его единственной». Не с его внучкой, иначе Шен за себя не ручается.

Вскоре Риту вышла из комнаты, выглядя при этом не слишком довольной. Шен мысленно удовлетворенно улыбнулся. Волчара тем временем просунула нос под его руку и потребовала активных ласкательных действий.

Когда чай закончился, настало время расходиться спать.

— Я еще посижу, – произнес Шен, когда Муан позвал его за собой, – хочу помедитировать. В последнее время у меня не было возможности этим заняться.

Муан посмотрел на него, но кивнул и не стал спорить. А Шен, когда все разошлись, занялся ровно тем, о чем говорил. Сев в позу для медитации, он прикрыл глаза и постарался сосредоточиться на духовных каналах в своем теле. Вскоре он смог увидеть свое тело как бы со стороны. Энергия циркулировала по каналам уверенными потоками, духовная сила золотого ядра каким-то диковинным образом переплелась с тьмой. Но самым главным было то, что энергия была внутри него, а не выливалась, словно из разбитого кувшина, как раньше. Шен потянулся к своему золотому ядру, которое так боялся проверять в последнее время, и увидел золото, переплетенное со тьмой. Его не стало меньше, и оно сияло даже ярче, чем прежде. Не было той пелены, что закрывала его свет. Тьма оттеняла блеск золотого ядра.

От осознания этого факта у Шена едва слезы не потекли. Словно умирающему сказали, что еще есть надежда. И пусть это не означало чудесного исцеления, одного того, что золотой свет ядра все еще был внутри него, для Шена было достаточно. Чувства нахлынули, и концентрация нарушилась. Шен открыл глаза и понял, что сидит в темной комнате. Свеча давно догорела.

Шен задумчиво уставился на лунный свет, пробивающийся через бумажные части дверей. Благодаря деревянному узору тени ложились на пол, создавая причудливую картину. Распустив повязку, обмотанную вокруг его правой руки, Шен уставился на тонкую бледную полосу шрама, пересекающего запястье. От недавней пугающей раны осталось лишь блеклое воспоминание.

Как же так вышло, что он настолько поправился? Пилюли Зага оказались эффективнее, чем он думал? Или это из-за связи с Муаном, которая, по словам мечника, смогла вытянуть его из могилы? Или нужно было по-другому понимать те слова Тьмы? Она сказала тогда: «Твоей жизни будет достаточно». Он решил, что она желает забрать эту жизнь. Но что, если она имела в виду, что ей будет достаточно, чтобы он оставался живым? Могла ли она помочь ему таким образом?

«Эй, Тьма, ты меня слышишь?» – неуверенно позвал Шен.

Странная сущность внутри него, которую он сам решил так величать, не отозвалась. Если так подумать, то отзывалась она лишь в критичных для него ситуациях. Тогда, когда он нырнул в сознание молодого господина И и чуть было не лишился рассудка, погружаясь в странную, ужасающую субстанцию. Или недавно, когда накрывший его кошмар чуть не свел с ума. Каждый раз она не просила за свою помощь чего-то существенного. В прошлый раз – объятия, сейчас – если считать, что она не собиралась забирать его жизнь… Разве что раньше она еще желала, чтобы он растворился в ней… Но непонятно, что на самом деле это значило… Может, чтобы поговорить с ней, ему необходимо пребывать во сне?