Книга Одиночка. Честь и кровь: Жизнь сильнее смерти. Честь и кровь. Кровавая вира, страница 41 – Эльхан Аскеров

— Даст бог, подниму, – решительно кивнул Елисей.

— А с полковником ты каким боком?

— Так я у пластунов в крепости поучиться успел, вот он теперь меня с собой и таскает, когда дело особо пакостное намечается. Довелось мне случаем ему пособить крепко, вот он и решил, что я ему удачу приношу, – добавил шутки парень.

— Зря смеешься. Удача, она девка вертлявая, к кому ни попадя не ластится, – не принял шутки десятник. – А у тебя с ней, похоже, и вправду любовь. Вон как ловко один троих положил.

— Удача – не девка. Ее свыше подают, – ответил Елисей, касаясь пальцем груди, где висела громовая стрела.

Увидев этот жест, десятник удивленно распахнул глаза и, обрадованно улыбнувшись, точно так же коснулся пальцем собственной груди.

* * *

Нещадно пыля, карета вкатилась в город и, проехав его почти насквозь, оказалась на широкой площади, мощенной брусчаткой. Остановившись у помпезного трехэтажного здания, кучер спрыгнул с козел и, потянувшись, распахнул дверцу. Тимофеев, первым выбравшись на улицу, устало покрутил головой, разминая шею, и, оглянувшись на подъехавших следом казаков, негромко приказал:

— Этих троих сразу в холодную. Я сейчас уговорюсь. Десятник, к ним своих людей приставишь, чтобы чего не вышло. Остальным отдыхать пока. Пошли, – обернулся он к выбравшемуся из кареты Елисею.

Коротко угукнув, парень взъерошил пятерней волосы и, надев папаху, последовал за полковником. В холле здания оказалось прохладно и после яркого уличного солнца почти темно.

Поднявшись на второй этаж, контрразведчик предъявил какому-то чиновнику бумагу и, чуть усмехнувшись, когда у того вытянулось лицо, приказал:

— Найдите квартиру, а лучше отдельный дом. И пусть документы все подготовят. Казаки, что со мной прибыли, у камер будут караул нести. Туда требуется поселить людоловов, что сейчас в телеге у входа сидят. И проследите, чтобы никто не смел к ним соваться. Этими позже займемся. И без того забот хватает. Все понятно?

— Точно так-с, не извольте беспокоиться, ваше высокопревосходительство, сей момент все исполним, – засуетился чиновник, вскакивая из-за стола. – Не желаете ли передохнуть с дороги? Тут рядом ресторан вполне приличный имеется. Не столичный, конечно, но по нашей глухомани вполне себе ничего.

— Понятно. Документы, значит, пока не готовы, – понимающе хмыкнул полковник и, обернувшись к парню, спросил: – Ну что? Может, и вправду перекусим пока?

— Пожалуй, Александр Савич, – подумав, кивнул Елисей. – Только умыться бы прежде с дороги.

— Это само собой, – решительно кивнул полковник. – Прикажите пока номера в гостинице снять. Себя в порядок приведем и пообедаем. А уж после не обессудьте, ежели что-то снова не готово будет, – зловеще пообещал он чиновнику.

— Сей момент, ваше высокоблагородие, сей момент, – снова засуетился чиновник, чуть заикаясь и обильно потея.

Схватив со стола колокольчик, он вызвал какого-то мелкого клерка и, то и дело срываясь на фальцет, потребовал в пожарном порядке обеспечить господина полковника всем необходимым. Спустя четверть часа после приезда контрразведчика в город здание городской управы бурлило, словно забытый на печке чайник. Почему Тимофеев начал именно отсюда и почему контрразведка оказалась в здании управы, Елисей так и не понял, но лезть со своими мыслями в местные порядки не решился.