Книга Забытый поход, страница 87 – Эльхан Аскеров

Выглядело это приблизительно так. На расстеленных прямо на земле коврах был установлен широкий круглый столик небольшой высоты. Вокруг него были разложены подушки, на которых гости и должны были восседать. Привычно подогнув ноги, Матвей уселся на подушку и, поправив кинжал, с интересом оглядел уставленный тарелками стол. Рис, какая-то зелень, плошки с каким-то соусом, стопка местных лепёшек, которые арабы ели как хлеб, и большое блюдо с уже нарезанным мясом. Вынув из ножен кинжал, парень подцепил им ближайший кусок жарёхи и, принюхавшись, одобрительно кивнул:

— Приготовлено вроде добре, – объявил он, запуская зубы в мясо.

К его огромному удивлению, мясо и вправду было приготовлено отменно. С пряностями, солью, и прожарено как следует. Отдавая должное угощению, он иногда прихлёбывал глоток пива, но злоупотреблять напитком не собирался. Так, просто запивал еду, чтобы слегка смыть огонь во рту. Утолив первый голод, казаки обратили внимание, что столы были расставлены по широкому кругу, так, чтобы в центре осталось место. Для чего именно, непонятно.

Но когда шейх звонко хлопнул в ладоши и над озером снова зазвучали музыкальные инструменты, Матвей вдруг насторожился, увидев, как местные дружно уставились на вход ближайшего шатра. Из него стремительно выбежали пять женских фигурок и, оказавшись на середине этого импровизированного зала, закружились в танце. Вспомнив, что ему рассказывал про обычаи кочевников пустыни Ахмет-хан, Матвей только удивлённо хмыкнул, сообразив, что толмач точно знал, о чём говорит.

* * *

Ближе к полуночи, когда местные уже как следует набрались, а танцы девиц стали более откровенны, Матвей улучил момент и, предупредив своих людей, выбрался из-за стола. Торчать тут до полного окончания ему не хотелось. А хотелось устроиться на своей кошме, накрыться буркой и придавить на кулак минут так шестьсот-восемьсот. Сытость и некоторое количество пусть и лёгкого, но алкоголя расслабляло и требовало перевести организм в горизонтальное положение.

Но уйти ему не дали. Похоже, слуги отслеживали перемещения всех гостей, потому что, едва только парень оказался на краю стойбища, как к нему подскочил какой-то подросток и, ухватив за руку, принялся куда-то звать, оживлённо жестикулируя и настойчиво утягивая за собой, в сторону площади, где всё ещё звучала музыка. Сообразив, что просто так ему уйти всё равно не дадут, Матвей удручённо вздохнул и покорно зашагал за юным проводником.

Подросток подвёл его к ковру, где восседало начальство, и, наклонившись к уху слуги, стоявшего за спиной шейха, принялся быстро что-то шептать. Чуть кивнув, слуга склонился к уху хозяина и быстро поведал ему всё услышанное. Глядя на эту эстафету, Матвей только едва заметно усмехался. Гамалий, увидев одного из своих десятников, подобрался, но встревать раньше времени не стал. Только чуть подтолкнул сидевшего рядом толмача и взглядом указал ему на парня.

Подвинувшись, Ахмет-хан жестом пригласил парня сесть рядом и, наклонившись к нему, тихо спросил:

— Случилось чего?

— Нет.

— Тогда с чего уйти решил?

— Спать хочу. Сыт, пьян, вот в сон и потянуло, – усмехнулся Матвей.

— Это ты-то пьян?! – ехидно усмехнулся толмач. – Да тебе этим пивом напиться бочка нужна.

— Ага, только я столько не выпью, – рассмеялся Матвей в ответ, припомнив старый анекдот. – А чего эти-то всполошились? Ну, ушёл и ушёл. Им-то какая разница?