Книга Сотня: Казачий крест. Смутное время. Забытый поход, страница 123 – Эльхан Аскеров

— Батька несколько раз в овраг с собой брал, показывал, как из винтаря палить правильно. А чего иного у нас и нету. Пистоли у него только те, что со ствола заряжать надобно. Да и тяжёлые они для меня. У него всей справы только шашка с кинжалом да винтарь. Мерин, и тот уж старый.

— Да уж, не везёт ему, – понимающе вздохнул парень. – А кроме мерина иная лошадь есть ли?

— Откель? – развела Катерина руками. – Он ежели только куда в большой поход соберётся. А вот в такие стычки давно уж не бегает. Да и годы уж не те.

— Так он вроде не особо стар, – озадачился Матвей.

— Лет пять тому, он с коня упал и расшибся крепко. С тех пор долго в седле сидеть не может. Да и ратай с него тоже после плохой стал. День за сохой пройдёт, и после день лежит. Вот мы с малыми и бьёмся.

Голос девушки дрогнул, и Матвей понял, что ей очень жалко отца. И то сказать, мужик даже после серьёзной травмы, несмотря на все проблемы, продолжает работать, а не ищет справедливости в стакане.

— Как тебе эта сивка-бурка? – с улыбкой уточнил Матвей, кивая на коня, на котором ехала девушка.

— А хорош, – рассмеялась Катерина. – Хоть неказист с виду, а бежит добре, да и покладистый.

— Вот и добре, – кивнул Матвей, уже выстраивая про себя разговор с десятником.

— Гляньте, казаки. Катька под шумок решила за кузнеца выскочить, – раздался молодой, задорный голос, и девушка, втянув голову в плечи, тут же поспешила отвести своего скакуна в сторону.

— Это кому там язык лишний? – послышался в ответ грозный окрик, и десятник, придержав коня, оглянулся на свой десяток.

— Ты, Варлам, смотрю, умный шибко, – обернувшись, рыкнул Матвей. – Да только за такие шутки можно и зубов лишиться.

— Ты чего звереешь сразу, Матвей? – растерянно проворчал говорливый казачок. – Я ж так, пошутить только.

— Над бабой своей шутить будешь, – огрызнулся парень и, толкнув каблуками Буяна, быстро догнал десятника. – Дядька Михей, дозволь спросить.

— Спрашивай.

— Мне вроде как с добычи часть положена. Или чего сам выберу. Так?

— Верно.

— Я коня одного забрать хочу.

— Которого?

— Того, на котором Катерина едет.

— Ей отдать решил? – сразу догадался казак.

— Она сказывала, у них окромя мерина старого иного коня и нет. А там детей семеро по лавкам. Я с той добычи не разбогатею, а им всё подмога.

— Справного казака Гриша вырастил, – помолчав, одобрительно усмехнулся Михей. – Быть посему. А насчёт остальной добычи покоен будь. Всё честь по чести будет, как всё взятое продадим.

— Благодарствую, дядька Михей, – сняв папаху, коротко поклонился парень.

— Ты вот что, Матвей. Поучил бы сынов моих ножами орудовать. Видел я, как ты их в цель бросаешь. С седла, на скаку, и ни одного промаха.

— Так поучить-то можно, дядька Михей. Только прежде им потребно такую же перевязь с оружием сделать, – ответил Матвей, тряхнув своей амуницией. – Чтоб всё под руку было. А то давеча мальчонка один прилип как банный лист, научи да научи. А как батька его услышал, что ножи заказывать надобно, так и запретил. Мал, говорит, ещё. А ножами, как шашкой, быстро владеть не научишься. Тут тренировки постоянные нужны.

— Ага. То-то у тебя возле кузни вечно полено изрубленное висит, – кивнул казак, сообразив, что к чему.

— Верно. Сначала как с шашкой. На месте всё делаешь, а после, когда нож в руке почувствуешь, полешко подвешиваешь, и пусть качается из стороны в сторону. А ты кидай, чтобы в самую серёдку попасть.