Книга Варвара Смородина против зомби, страница 92 – Георгий Ланской

Ай да Олег Тетерин! Как не стыдно присваивать чужие книги!

Утром я проснулась и удивленно прислушалась. Привычного звона тарелок не было слышно. То, что бабушка не стала готовить завтрак, казалось диким. Любимые внуки редко приезжают на все лето и в этом сезоне целью бабушки было откормить нас до веса молодых мамонтов, особенно Злату, которая цветом лица напоминала зеленый укроп. Убедившись, что сестра еще спит, я на цыпочках вышла из спальни.

В кухне сидел Вася и неохотно ел кашу. Напротив растрепанная мама, лохматая после сна, угрюмо смотрела в монитор и пила какао.

— С добрым утром, – рассеянно произнесла она. – Ты рано встала. Садись завтракать, только умойся сперва.

— А где все? – удивилась я.

— Участковый примчался ни свет не заря, оставил Васю и увез бабушку с дедушкой на консультацию. Что-то у них не клеится, нужен взгляд специалиста, так что сегодня завтрак на мне. Давай быстрее, пока каша не остыла.

Я с отвращением покосилась на кастрюлю с овсянкой и впервые в жизни отправилась умываться добровольно, стараясь растянуть этот процесс. Мамина каша всегда была наказанием, поскольку во время готовки мама, как правило, отвлекалась на работу, и каша, часто недосоленная, подгорала. Однажды в экспериментальных целях я попробовала сама приготовить овсянку, руководствуясь кулинарной книгой, скачанной из интернета. И с удовольствием умяла ее в гордом одиночестве. Мне хватило ума не делиться с семьей своими успехами, иначе готовка быстро переросла бы в трудовую повинность. Злата, к примеру, даже яйца себе нормально не сварит. Признайся я, что умею готовить, меня бы просто заездили.

Как и следовало ожидать, каша была недосоленной и слегка недоваренной, хотя геркулес трудно не доварить. Но мама в этом отношении бьет все рекорды. Я сморщилась, глядя в тарелку, и щедро залила кашу медом, посыпала клубникой, порубила туда банан и бросила кусок масла. Так кашу можно было есть, особенно если зажмуриться, отвернуться и выйти из комнаты. Вася, не додумавшийся до таких изысков, жалобно поглядел на меня. Но поскольку он еще был наказан, я не отреагировала.

Папа, споткнувшись о порог, вошел на кухню, глядя в монитор своего ноутбука, автоматически потрепал меня по макушке и чмокнул Василия в затылок, отчего Вася выпучил глаза. Мама, наблюдающая за этой картиной, невесело усмехнулась.

— Главное теперь, когда будем уезжать, не прихватить впопыхах чужого ребенка, – сказала она и поставила перед отцом тарелку. – Я уже так сроднилась с Васей, что, пожалуй, охотно заберу его в город. У нас будет полный комплект: два мальчика и две девочки.

Вася поднял на маму глаза, и в них я увидела что-то, похожее на слезы.

«Бедный, – подумала я. – Это я живу с родителями, братом и сестрой, хотя они меня не слишком замечают, а он совсем один. Отец – на работе, мать – неизвестно где. Неудивительно, что любая женщина, которая кормит и гладит по голове, воспринимается как мама».

Мне стало так жалко Васю, что я тут же его простила.

Отдав Васе долю ласки, мама допила свое какао, сунула кружку в мойку и принялась ожесточенно долбить по клавишам. Папа совсем углубился в виртуальный мир, зависнув с наполненной кашей ложкой.

Я подмигнула Васе.

— Можно, мы пойдем погулять? – спросила я безукоризненно вежливо.