Книга Герцоги предпочитают блондинок, страница 142 – Лоретта Чейз

Снова обратившись к нему лицом, Клара медленно опустила и вновь подняла веки. И еще раз. Спросила:

— Ну как?

— Очень мило, — ответил он. — А теперь давай-ка все это снимем.

Облачиться в этот ансамбль Кларе было нелегко. Даже если учесть, что вся тяжелая работа досталась Дэвис: это она зашнуровывала, застегивала крючки, завязывала ленты, не переставая ворчать на ухищрения французских портных.

А снял его Рэдфорд за несколько секунд, хотя, казалось, вовсе не спешил. Но его руки — ловкие, подвижные руки — трудились с необычайной быстротой и точностью. Во мгновение ока Клара была уже раздета. Потом он встал на колени… и нагнулся еще ниже… а в следующий миг его язык и пальцы принялись дразнить и согревать обнаженную плоть. У Клары ослабели колени, задрожали ноги, и он предложил чуть охрипшим голосом:

— Быть может, ваша милость желает присесть?

Ее милость не возражала бы и прилечь; однако ближе всего стояло кресло, а у нее уже подогнулись ноги, и она упала в кресло, выдохнув:

— О боже мой!

Он снова принялся за дело и пальцами, и губами, и языком. Скоро она уже не могла сидеть прямо и начала сползать с кресла. Видя, что Клара готова упасть, Рэдфорд пододвинул ближе несколько подушек и помог ей опуститься на мягкое ложе.

— Не знаю… — проговорила она, тяжело дыша, — не знаю, смогу ли это пережить. О-о-о!

— Я ведь поклялся служить тебе своим телом, — сказал он. — У всех на глазах, перед алтарем.

О, его язык, этот распутный язык! И эти искусные руки!

От его прикосновений дрожал каждый дюйм ее тела, снаружи и внутри. Он ласкал ее и целовал. Иногда посасывал, и ей казалось, что сейчас она завизжит от головокружительного восторга, что позабудет все свое воспитание, что глянец цивилизации слетит с нее, оставив лишь бесконечное желание.

И наконец, когда уже почудилось, что от желания она вот-вот умрет, Рэдфорд отдал ей себя. Тела их соединились; он начал двигаться в ней — и теперь это было так естественно, так правильно! То самое единение тел и душ, которого она ждала всю жизнь, сама едва ли понимая, чего ждет. Но теперь знала: это оно.

«Клянусь служить тебе своим телом…» Да, так он и сказал вчера. Неужели только вчера?…

«И это навсегда!» — мелькнуло в голове у Клары. Это была последняя ее связная мысль. Затем наступил желанный миг — та, совсем недавно открытая вершина радости. Клара нырнула в бесконечный океан и плыла там в его объятиях целую вечность; а потом ее окутала мягкая, сладостная темнота, и она погрузилась в сон.

Горничная принесла им утренний кофе и убрала беспорядок, оставшийся с прошлой ночи. Дальше Рэдфорд собирался, как обычно, спуститься к завтраку.

Однако вскоре после горничной появился лакей, на этот раз с завтраком. Поставил поднос на столик у камина, разжег почти угасший огонь и удалился.

Клара, выйдя из гардеробной в новом халате, поскромнее вчерашнего, заметила:

— Как мило со стороны твоей матери! — И, покраснев, добавила: — Она хочет, чтобы ничто не мешало нам проводить время вдвоем.

— Это не слишком разумно, — заметил он. — Чем больше времени мы проводим вдвоем, тем больше у меня грязных мыслишек.

Об опасности «раздражения» оба уже и думать забыли, и их супружеские забавы продолжались почти до рассвета.

— Если мы послушаемся твоих грязных мыслишек, у меня не останется времени одеться и отправиться с тобой в погоню за таинственным шпионом, — заметила Клара.