Онлайн книга «Покой нам только снится»
|
ГЕНЕРАЛ ЧЖАО (Отец) – командующий северными рубежами, гроза варварских орд, домашний подкаблучник. Знаменитый шрам на боку получил не от отравленной стрелы, а поскользнувшись на мокрой черепице, пока тайком нес в дом бездомного котенка для дочери. ЧЖАО ЧЭНЬ (Брат) – главный судья столичного трибунала, ледяной интеллектуал. Ушел в отпуск, потому что «логика дворцовых интриг нарушает базовые принципы юриспруденции». Однажды выдал едва заметный изгиб уголка губ – семья до сих пор вспоминает этот случай. ЛИ ЦЗЯНЬ – бывший Наследный Принц, романтик, поэт, катастрофа государственного масштаба. Искренне предложил заменить военные отчеты стихами для «морального подъема войск». Ныне колет дрова в пустыне Гоби и дерется с бывшей возлюбленной из-за очереди у колодца. СУ ВАНЬЭР – бывшая принцесса, «белый лотос», профессиональная мученица, осужденная изменница. Платье «скромной служанки», в котором впервые предстала перед двором, стоило восемьсот лянов серебра – больше годового жалованья роты пехотинцев, проливавших кровь на границе. ЛИ ЮАНЬ – князь, глава Тайной Стражи, новый Наследный Принц, супруг Юньси. За все время знакомства ни разу не воспользовался дверью. Носит черное с золотом и пахнет морозом, вороненой сталью и терпким мускусом – сочетание, от которого у счетоводов сбивается счет. ИМПЕРАТОР – правитель Великой Янь, циничный старик с ясными глазами. Намеренно не смазывает петли на дверях тронного зала – считает, что скрип настраивает двор на должную серьезность. СУ ГУАН – дядя Ваньэр, казнокрад, шпион-любитель. Продавал военные секреты Империи за двести лянов – стоимость пары шелковых туфель. Зарегистрировал подставную торговую контору на имя собственной мертвой кошки. ЛЯНЬ – старшая горничная Юньси, функции далеко выходят за рамки домашнего обслуживания. Единственное известное проявление эмоций за двадцать лет службы – «едва заметная тень улыбки» при аресте Су Гуана. Записано в год Тигра, в кабинете Наследного Принца Восточного Дворца, при свете трех масляных ламп, в присутствии чаши остывшего пуэра и человека в черном расшитом золотом, чья тень на стене неотличима от тени хозяйки кабинета. |