Книга Ворона в гареме. Книга 2, страница 47 – Коуко Сиракава

Госпожа Ань выла, не умолкая.

— А она! Она отплатила мне такой неблагодарностью!

Женщина ударила по земле кулаком. Эти слова, приравнивающие смерть Юаньлинь к неблагодарности, тяжелым грузом легли на душу Шоусюэ.

— Госпожа Юаньлинь умерла! – проронила она, и рука госпожи Ань замерла в воздухе.

— Да, да, госпожа Юаньлинь умерла! И, наверное, ненавидела меня! Конечно! Это моя вина. Я знаю. Поэтому… я боюсь. Боюсь ее ненависти, – вдруг твердо заявила она, посуровев. – Спасите меня, госпожа Ворона. Проклятья госпожи Юаньлинь продолжают звучать у меня в ушах. Защитите, прошу вас. Она зовет со дна – непрерывно, постоянно. Она хочет увлечь меня туда. Спасите меня!

Фигура женщины обретала странные, причудливые формы. Госпожа Ань продолжала молить о помощи, но Шоусюэ по-прежнему стояла на месте. Девушке хотелось отправить призрака в Благодатную землю, избавить женщину от мук. Но как помочь госпоже Ань? Как ее спасти?

Пока Шоусюэ стояла так, женщина вновь попыталась ухватиться за нее. Но ее рука, не в состоянии коснуться платья девушки, лишь хватала воздух.

— Мне не под силу спасти тебя.

— Госпожа Ворона, что вы такое…

— Ты сама пытаешься утянуть себя под воду. Голос со дна пруда – это твой собственный голос. Прислушайся.

Госпожа Ань прекратила попытки ухватиться за Шоусюэ и в страхе начала оглядываться.

— Ты боишься не госпожи Юаньлинь, а саму себя.

Женщина замотала головой. Седые космы развевались.

— Нет, нет!

Тем, кто не ощущает за собой вины, не слышны никакие голоса. Женщина боялась саму себя, потому что отправила свою воспитанницу на смерть.

Госпожа Ань завопила и, повернувшись вокруг своей оси, упала на землю. Дергая руками, она вновь попыталась черпать воду, но поверхность пруда оставалась спокойной. Госпожа Ань задержала дыхание и забилась, разводя воду руками, затем встала и направилась прямо в пруд. Неверной поступью она двигалась вперед, и ее тело постепенно погружалось. Вот женщина зашла по пояс, вот по плечи, а вот уже и голова скрылась. Седая макушка исчезла под водой.

— Теперь голос не слышен! – раздался радостный возглас.

Больше никаких звуков не было. Поверхность пруда была все такой же спокойной и прозрачной.

— Госпожа, что это? – окликнул Вэнь Ин.

Шоусюэ обернулась.

— Наверное, через какое-то время вода спасет ее душу…

Возможно, холод и тяжесть обволакивающей тело воды, колеблющийся на поверхности свет солнечных лучей, падающие на дно тени отшлифуют душу госпожи Ань, пустят по течению, растворят. Шоусюэ этого сделать не могла.

— Вэнь Ин, нарежь мне немного дикого винограда.

Девушка указала на лозы, оплетающие ивы. Вэнь Ин быстро принес охапку виноградных плетей. Шоусюэ сплела из них венок, вытащила из-за пазухи веревку и обвязала ветви. На веревке красной тушью были написаны знаки. Девушка бросила венок в пруд. Описав дугу, он упал на воду и почти без брызг погрузился в нее, оставив только круги.

— Это особое искусство магов, Линян говорила, что они научили ее. Теперь госпожа Ань не сможет выбраться из воды, но лучше все-таки сделать так, чтобы никто не приближался к пруду.

Впрочем, сюда и так никто не ходил…

— Пойдем.

Шоусюэ повернулась к пруду спиной. Вэнь Ин пошел за ней.

— Могу я задать вопрос?

— Говори.

— Таких даже вы не можете изгнать?