Книга Развод с Альфой. Трактир для брошенных волчат, страница 125 – Диана Фурсова

Сайвера стояла за стойкой.

Не возле Торвейна.

Не у кресла, которого здесь вообще не было.

На своём месте.

— Госпожа Элрон, — произнёс Даймор.

— Господин Керв.

Он перевёл взгляд на надпись возле стены.

«Гость Порога не принадлежит власти хозяев земель».

— Вижу, старое здание оказалось занимательнее, чем предполагалось.

— Для некоторых особенно.

— Мне сообщили, что вы нашли архив.

— Нашла.

— И на основании этого собираете представителей родов, чьи вопросы уже были решены законным порядком.

— Я собираю людей, которых этот порядок объявил исчезнувшими.

Даймор посмотрел в зал.

Несколько человек не отвели взгляд.

— Исторические записи могут быть любопытны, — сказал он. — Но вы ведь понимаете, что книга частного постоялого двора не отменяет Центральный родовой реестр.

— Понимаю.

Он явно ожидал спора.

— Тогда в чём смысл сегодняшнего собрания?

— Выслушать тех, кого не выслушали раньше.

— Это эмоциональная формулировка.

— Очень старая.

Сайвера указала на сохранившийся текст Правa Порога.

Даймор мельком прочитал.

— Обычай, утративший силу столетия назад.

— Возможно.

Торвейн, стоявший у дальнего стола, не вмешался.

Даймор заметил его.

— Альфа.

— Даймор.

— Вы действительно допускаете подобное собрание по спорным государственным документам в трактире?

Торвейн ответил спокойно:

— Я здесь участник одного из споров. Решения несут мою подпись.

— Именно поэтому следовало перенести разбирательство в Зал Стаи.

Сайвера ждала.

Несколько недель назад Торвейн, скорее всего, ответил бы первым.

Теперь он посмотрел на неё.

Оставил решение хозяйке.

— Нет, — сказала Сайвера. — Сегодня оно будет здесь.

Даймор слегка прищурился.

— И на каком основании?

— Потому что вы пришли добровольно.

Несколько человек в зале усмехнулись.

Даймор не поддержал.

— Тогда начинайте.

Сайвера не выносила подземный реестр в зал.

Это было первое решение, которое Даймор попытался оспорить.

— Если книга служит основанием собрания, участники должны иметь к ней доступ.

— Имеют.

— Тогда принесите.

— Нет.

— Госпожа Элрон.

— По три представителя спускаются вниз вместе со мной, Тессой и одним свидетелем. Проверяют нужную запись. Наверху сравнивают с копией.

— Почему Тесса?

Девочка, стоявшая возле лестницы, напряглась.

Сайвера ответила:

— Потому что без её половины знака дверь не открывается.

Даймор впервые посмотрел на неё по-настоящему внимательно.

Потом на шнурок у её шеи.

— Знак?

— Неважно, — сказала Тесса.

Сайвера едва не улыбнулась.

Даймор перевёл взгляд обратно.

— Вы доверили доступ к архиву ребёнку?

— Нет. Доступ был устроен так задолго до меня. Я просто не стала отнимать у неё то, что принадлежит ей.

Торвейн ничего не сказал.

Но Сайвера знала, что он помнит день, когда сам попытался решить судьбу Иврея без вопроса.

Теперь никто не предлагал забрать жетон у Тессы ради удобства взрослых.

Проверка заняла почти три часа.

Люди спускались группами.

Смотрели записи своего рода.

Возвращались.

Кто-то приносил старые семейные письма.

Кто-то — знаки, хранившиеся в сундуках.

У одного мужчины совпала родственная ветвь, которой в Центральной книге не существовало уже девятнадцать лет.

У пожилой женщины нашлась запись о матери, лично принятой Порогом после того, как их землю передали в резерв.

Не все получили удобные ответы.