Книга Развод с Альфой. Трактир для брошенных волчат, страница 141 – Диана Фурсова

— Один документ может потеряться. Два тоже. Но у нас двадцать два дела.

Она положила список.

— Мы проверили не только три рода детей.

Даймор усмехнулся.

— За одну ночь?

— Мы начали не вчера.

Она указала на выписки, которые семьи принесли в Порог.

— Не во всех случаях люди сохранили право на прежнюю землю. Не все боковые ветви были прямыми наследниками. У нескольких родов основная линия действительно прекратилась. Но во всех двадцати двух делах было одно и то же нарушение.

Председатель нахмурился.

— Какое?

— На момент прекращения рода существовало либо живое лицо, заявлявшее родство, либо непроверенная боковая ветвь, либо запись, требовавшая дополнительного разбирательства.

Она посмотрела на Даймора.

— То есть ни один из этих двадцати двух родов нельзя было закрывать формулировкой «наследники отсутствуют» без дальнейшей проверки.

В зале зашумели.

Даймор поднял голос совсем немного:

— Даже если это так, архивная ошибка не доказывает намеренного земельного захвата.

— Верно.

Он снова запнулся.

Сайвера почти чувствовала, как его раздражает её согласие.

— Поэтому теперь земля.

Она развернула книгу Попечительства.

— Из двадцати двух участков три позднее вернули дальним родственникам. Два ушли в общий фонд. Семнадцать остались во временном управлении Попечительства.

— Законно.

— Временно.

— Да.

— Сколько лет может продолжаться временное управление без новой проверки наследников?

Даймор не ответил.

Представитель земельного управления сказал:

— Обычно два года.

— А здесь?

Сайвера провела пальцем по столбцу.

Три года.

Пять.

Семь.

Девять.

Каждое продление сопровождалось одной и той же причиной:

«Отсутствие подтверждённых наследников».

— Кто подтверждал отсутствие? — спросила она.

Нынешний представитель казначейства ответил первым:

— Родовая служба.

— Кто подписывал от неё?

Он посмотрел на Даймора.

— Главный хранитель.

Сайвера перевела взгляд на земельного распорядителя.

— Когда вы ставили свою подпись под последним продлением Вельранов, сами проверяли родовую схему?

Мужчина помрачнел.

— Нет.

— Почему?

— Потому что подтверждение родовой службы считается достаточным.

— Кто его подписал?

— Керв.

Даймор резко произнёс:

— Вы сейчас пытаетесь заставить людей отрицать собственные полномочия.

— Нет. Я спрашиваю, откуда они брали сведения.

Сайвера повернулась к казначею.

— Вы?

— То же самое.

— То есть в трёх подписях Попечительства две относились к финансам и земле, а третья подтверждала отсутствие наследников.

— Да.

— И две первые опирались на третью.

Мужчина медленно кивнул.

— В вопросе родства — да.

Сайвера посмотрела на Даймора.

Вот здесь его прежняя защита начала рассыпаться.

Он был прав: подписи ставили многие.

Но не все подписи означали одно и то же.

Казначей подтверждал, что имущество учтено.

Земельный распорядитель — что участок принят.

Торвейн — что решение утверждено.

А человек, который сообщал всем троим главный исходный факт — «живых наследников нет», — годами оставался одним и тем же.

— Вы были единственным постоянным членом Попечительства одиннадцать лет, — сказала Сайвера.

— По должности.

— Да.

— Это не преступление.

— Нет.

Она положила перед ним проект.

«О сводном управлении землями северного дорожного направления».

— А это?

— Хозяйственный проект.