Книга Бусина из муранского стекла, страница 65 – Анна Боронина

Лучиана не знала, сколько простояла так – оглушенная и ошарашенная увиденным. Но когда она двинулась в сторону приюта, на сердце уже было не так тяжело. Потому что если человеческий разум и руки смогли сотворить подобное из простого камня, то она уж как-нибудь справится с тем, чтобы наладить свою жизнь.

* * *

Ноги сами привели Чезаре к Собору. Его всегда вдохновляло величественное, прекрасное здание – символ силы и просвещенности Флоренции. Единственный собор во всех землях Италии, где ритуал без опасения могли пройти и артефакторы. Редкий, почти искорененный дар.

Мысли вновь перескочили на дочь Верховного мага. Юное, открытое лицо, страх в глубине голубых, словно самое прозрачное стекло из Мурано, глаз. Тонкие руки, дрожащие от усталости и едва держащие поводья.

Площадь в это время была пуста, и Чезаре сразу заметил тонкую маленькую фигурку, вынырнувшую из узкого лабиринта улиц. Она прижала к груди руки то ли в попытке согреться, то ли в восхищении. А в следующее мгновение Чезаре узнал ее – маленькую поломойку с озябшими руками. Он успел отметить, что даже простая сирота из приюта синьоры Боргини восхищена Собором, когда порыв ветра сорвал с головы девушки глубокий капюшон простого коричневого плаща. На мгновение Чезаре показалось, что вышло солнце, таким светлым было золото ее растрепавшихся волос. Когда она терла плиты пола, он и не обратил внимания, она вообще была в тени, а он слишком уж увлечен новым шедевром Джорджо. А теперь расстояние позволило увидеть ему то, что он не разглядел под самым своим носом. На другой стороне площади, запрокинув голову и замерев в очевидном восхищении, стояла дочь Верховного мага, за которой он безуспешно гонялся последние недели.

Первым порывом было броситься к ней, но он сдержался: не хватает еще спугнуть. Он знал, что она из приюта синьоры Боргини (и как только умудрилась туда попасть?), знал, что в безопасности и что при случае легко ее найдет. Стоило, пожалуй, обсудить с синьорой Боргини все, что та знает о девушке. Зная предприимчивую синьору, можно было предположить, что она не упустила того факта, что Лучиана – маг, а магов она пристраивала с выгодой для себя. За добродушной маской заботливой наставницы скрывалась женщина с умом банкира. Недаром ее так ценил Пьер Франческо Медичи. Именно сироты из ее приюта составляли значительную часть магов, служивших на благо Флоренции. В основном это были бастарды, одаренные, но лишенные титулов. А на службе у Медичи во благо Флоренции они могли получить то, в чем им было отказано при рождении.

Чезаре с легкой улыбкой проследил за Лучианой, которая постояла еще немного на площади, прежде чем скрыться в одном из узких переулков. Что ж, это может быть интересно. Торопиться он не будет, стоит узнать Фьяметту получше, кто знает, на что способна маленькая искорка, убежавшая от контроля и гнева самого Верховного мага.

Погода по-прежнему стояла отвратительная, руки мерзли без теплой муфты, и Лучиана не раз вспомнила свой теплый, подбитый кроличьим мехом плащ, но наказание от синьоры Боргини перестало казаться таковым. За неделю, что требовалась помощь поломойки в зале Совета, она сумела если не подружиться, то начать общаться с Джорджо. Молодой художник водил знакомство едва ли не с половиной Флоренции. С Миккеле в том числе. И поэтому за утро, что Лучиана проводила, оттирая пятна краски от каменных плит, перед ее глазами проходило множество необычных интересных людей. Не то чтобы она жила совсем взаперти в Риме, но ее нынешний статус словно бы позволил ей быть более открытой для разговоров и общения.