Книга Хозяйка каланчи. Княжна Пожарская, страница 56 – Адель Хайд

— Что это было? — выдохнула Маша. — Очнулась и опять?..

Я не ответила. Я уже подозревала, что наговор Вяземского сделал нечто совсем иное, чем я задумала.

И тут от постели раздался стон.

Я подошла.

— Дарья Николаевна, — произнесла Разумовская, глядя на меня из-под полуприкрытых век уже нормальными глазами. — Вы приехали…

Она пришла в себя.

В спальню тут же ворвался Анатоль, за ним священник, за священником доктор, — и каждый, разумеется, был совершенно уверен, что это именно его молитвы, его микстуры или его присутствие совершили чудо. Разумовская не помнила ничего: ни того, кто к ней приезжал, ни того, что было с ней, пока душа её блуждала где-то далеко.

Когда все наконец успокоились, уверились, что Марии Григорьевне больше ничего не грозит, и разошлись, она удержала меня за руку.

— Останьтесь, пожалуйста.

Я и сама хотела остаться, надо же было выяснить, что она хотела мне рассказать.

Но когда мы остались вдвоём, и Мария Разумовская заговорила, то оказалось, что она не помнит.

— Дарья Николаевна… Простите, я не помню, зачем я просила вас приехать. — Говорила Мария Григорьевна тихо, будто бы ей было тяжело. — Не помню почти ничего, но одно помню.

Я оживилась:

— Что?

Разумовская сжала мою ладонь. Пальцы её были прохладными, но сжимали мою ладонь с неожиданной силой.

Она посмотрела мне прямо в глаза.

— Они сказали, что вас там ждут.

По спине у меня пробежал холодок.

— Кто ждёт? Где?

— Не знаю. — Она качнула головой. — Вы поймёте, когда увидите, Дарья Николаевна.

Мария Григорьевна замолчала на мгновение, попросила подать ей воды. Отпив пару глотков, она сказала:

— Я должна вам кое-что передать. Мне кажется, что именно за этим я просила вас приехать.

Я с интересом ждала, отчего-то именно после этих слов у меня внутри появилось чувство, что да, именно это и поможет.

— Дарья Николаевна, возьмите на столике почтовую шкатулку.

Я посмотрела, на туалетном столике и вправду стояла красивая, вырезанная из тёмного дерева шкатулка с изображением двуглавого орла.

Я принесла Разумовской артефакт.

— К сожалению, он не работает, — грустно улыбнулась графиня, — но это подарок, и он мне дорог.

Я сразу поняла, что вероятно это был его подарок. Его Величества.

— Откройте.

— В шкатулке оказалась карточка с адресом в Твери.

— Адрес? Чей? — судя по городу я начала догадываться, кто это мог быть.

— Я не знаю, также и не знаю, как эта карточка могла появиться в неработающей шкатулке. — Она перевела дыхание. — А ещё, я ведь достала приглашение в восточную резиденцию, хотела туда пойти, там же в масках. Вы знали?

Я задумалась, вспоминая своё приглашение, никакого упоминания о том, что надо прийти в маске там точно не было.

— Вы уверены, Мария Григорьевна, в моём приглашении нет никакого упоминания о маске.

— Вас хотят унизить, Дарья Николаевна, — покачала головой Разумовская.

— Кто? — я искренне удивилась. — Император?

— Я не уверена, что он знает, что вы приглашены, — горько прозвучало от Разумовской.

«А ведь так действительно и есть, — подумала я, — если Александр большую часть времени вообще не помнит обо мне, как это он вдруг решил меня пригласить, да ещё и на спиритический сеанс.»

— Вижу вы и сами уже поняли, — грустно улыбнулась Разумовская. И вдруг добавила, — Как же хорошо, что вы меня спасли!