Книга Что есть Книга, или Правила пользования библиотекой, страница 279 – Ирина Чеботарь

Напрасная надежда. Глупая.

Сколько их было?

— Я думаю, Галя очень обрадуется вашему соседству. – Меня перенесло на прежнюю тему разговора.

Внутри всё горело, словно прижженное калёным железом. Нет. Так нельзя.

Патриция Витальевна заметила перемены, произошедшие во мне, меня будто надломило, голова упала на грудь. Её горячие руки вцепились в моё лицо. Она приблизилась ко мне близко-близко. Мои губы дрожали, по щекам катились потоки слёз.

— Всё позади. – Прошептала Патриция Витальевна.

— Да. Да. – Промямлила я.

Подумать только, ещё недавно я пыталась в том же убедить расклеившегося Ванечку.

— Есть хорошие новости: Саша в сознании. Его жизнь вне опасности. Но в сиделке он ещё нуждается, причём остро.

— С ним же Марья Дмитриевна и…

— Они приехали ночью. Валера готов отвезти вас в Питер.

— Не проспавшись?

— А кто нынче спит? – Патриция Витальевна крепко обняла меня, и я снова приняла её объятия не отстраненно, а с благородной горячностью.

— Мне надо устроиться в Питере… - Ах, как хотелось побыстрее убедиться, что Саша не сказочный мираж, приснившийся мне.

— Всё уже устроено. Поживёте у Николая Владимировича, он будет ждать вас в назначенном месте…

Мои глаза округлились от удивления.

— Что за Николай Владимирович?

— Привет. – Патриция Витальевна помахала рукой перед моими глазами. – Телефон за твоей иконой лежал. Обнаружили его, когда брали икону для молитвы. Валера звонил ему, узнавал, сможет ли он вас приютить. Кстати, икона твоя, ой шикарная и не простая. Таких по всему миру единицы.

— Знаю. – Я погладила чемодан — там она милая. Там. Снова переезжает со мною. – А, Николай Владимирович — папин друг. Я никогда в жизни его не видела, потому и запамятовала. Но Валера же думал, что я не вернусь из…

— Великий Издатель ему посоветовал позвонить на всякий случай.

— Но условленное место…

— Тоже на всякий случай. День назначен последний из возможных. Ты долго продержалась. Большее невозможно.

Всё встало на свои места. Мои товарищи применили систему всеобъемлющей подстраховки. Знакомая тактика, мама мастерица в этой области.

— А как мои родители? – Мои щёки невольно порозовели.

— Вспомнила! – Воскликнула Патриция Витальевна, шумно отстраняясь от меня. - Думаешь, одно письмо — это всё, что они заслужили?

Я затравленно посмотрела на пальцы ног. Да, тут мне есть в чём виниться.

— Ладно, не грусти. Знаю, не до того тебе было. Я им регулярно передавала приветы от тебя. А перед уездом на похороны…смогла скрыть правду, сказала, что вашей командировке скоро конец.

— Но вы же только узнали о…

— О Пени, - она горестно вздохнула, - а ты была в Преисподней. Нам оставалось только молиться.

— И вы молились?

— Твоя Мадонна с Младенцем переходила из рук в руки. Молитва не на миг не замолкала. Разве что…когда Сашу нашли,…думали, ты тоже где-то лежишь поблизости.

Я вздрогнула. Саша умер вблизи жуткого авангардно-несуразного города.

— А где его нашли?

— В лесу. Если б не волчий вой, нам бы и в голову не пришло искать вас так далеко. Захар решил проверить и… Он поначалу подумал, что мальчишка мёртв, но когда прислушался, уловил захлёбывающиеся всплески сердечной деятельности. Марья Дмитриевна спасла твоего Сашу, если б не её умение,…а он всё твоё имя шептал…

Я сглотнула. «Шептал моё имя»…