Книга Авдей. Дитя хаоса, страница 128 – Анастасия Понамарёва

— Прощай, Айва, — прошептала я. — Здравствуй, никто.

Корабль летел в пустоту. А я летела вместе с ним.

Тишина рубки была оглушительной. Мой собственный крик, сорвавшийся с губ во сне, всё ещё висел в спёртом воздухе, смешиваясь с ровным гулом систем «Упрямца». Месяц. Всего один месяц в леденящей пустоте гиперпространства, в бешеном, паническом бегстве, где каждый скачок мог стать последним, а любая тень на сканере — кораблём моего наставника. Месяц, когда сон был не отдыхом, а ловушкой, в которую я боялась попасть. И вот первый раз, когда истощение победило осторожность, — и такой кошмар.

Я с силой тряхнула головой, пытаясь стряхнуть липкие паутины сна и образ тех двух бездушных красных углей, что прожигали меня насквозь даже здесь, за тридевять галактик от того ада. На языке стоял привкус медного страха и беспомощности, словно я прокусила щёку изнутри. Я сглотнула ком, вставший в горле.

— ИскИн, карта! Сектор Эдебей, сейчас же! — мой голос прозвучал хрипло, срываясь от долгого молчания.

На главном голографическом проекторе вспыхнула россыпь звёзд. Большинство светились спокойным синим или нейтральным белым — цивилизация, порядок, верная смерть для меня сейчас. Но на дальних рубежах, в Поясе Раздора, загорелись ядовито-зелёные, кроваво-красные и гнойно-жёлтые точки. Помойки галактики. И среди них, мерцая соблазнительно-зловещим багрянцем, — Лутрк.

Я уставилась на эту точку, чувствуя, как дрожь бессильной ярости проходит по рукам. Всего месяц бегства привёл меня сюда. Когда-то Лутрк был курортным миром, «Жемчужиной Золотого спирального рукава». Теперь же это название было синонимом всего самого гнилого, продажного и опасного на окраинах. Идеальная дыра, чтобы затеряться. Сейчас.

— Проложи курс на Лутрк! Максимальная скорость! Все манёвры уклонения от патрулей Альянса! — скомандовала я, чувствуя, как холодная броня решимости с трудом нарастает поверх свежего, живого страха. Эмоции были роскошью. Урок, преподанный мне годы назад, был выжжен в подкорке. Бегство длиною в месяц лишь заострило инстинкты.

«…твои слабости. О них ты забудешь.»

Я не забыла. Я несла их с собой, как открытую рану, все эти тридцать дней. И эта рана гноилась и кровоточила во сне, вырываясь наружу криком.

— Расчётное время в пути до системы Лутрк: тринадцать часов, сорок две минуты. — Бесстрастно откликнулся ИскИн. — Внимание: текущий идентификатор корабля «Упрямец» внесён в реестры Альянса как похищенный. Вероятность перехвата на подлёте оценивается в девять и восемь десятых процента. Рекомендую...

— Замолчи и следи за сканерами! — резко оборвала я, вжимаясь в кресло пилота. — Любое подозрительное движение — это они! Докладывай мгновенно!

Я не могла позволить себе уснуть снова. Адреналин месячного забега всё ещё горел в крови, оставляя во рту привкус гари. Мозг лихорадочно работал, выстраивая и тут же ломая планы. «Упрямец» был быстрым, верным кораблём, он спас меня, но он был помечен. Его юридическая смерть была вопросом времени. Мой собственный идентификатор — «Механика», украденный на той самой заставе в первые часы побега, — тоже скоро начнут активно разыскивать. На Лутрке нужен был не просто фальсификатор, а настоящий виртуоз теневого дела, гений забвения, способный перепрошить корабельные регистры и мой нейрочип, не превратив их в груду бесполезного хлама. А за услуги такого мастера платят кровью, потом и огромными деньгами.