Книга Потерянное эхо, страница 138 – Фарха Таннба

Майстерин кивнула, стараясь подавить внутреннюю дрожь от доверенных ей боли и одиночества. Слишком жутко было представлять, каково это — жить, зная, что не можешь полагаться на собственный разум, когда не в состоянии отличить воспоминания от фантазий, сотканных из желания защититься, что тебе вновь и вновь приходится сомневаться в себе.

— Правда. Эрсин действительно есть и ещё жив. Его зовут Эрсин Олаф фрайхерр Илаи, он авиарский адмирал и служит Деймарской Республике, — постаралась вспомнить полное имя друга Рубидия. Подтвердить для Виенны реальность её прошлого и воспоминаний казалось меньшим из того, что вообще могла алая майстерин сделать для неё. Почему обоим Илаи так не везёт? Почему Рубидия встретила Виенну именно в тот момент, когда судьба её брата висит на волоске, а доказательства его невиновности получить невозможно? Крылья конфискованы полицейскими, которые нашли их благодаря своим детекторам… Но не может же майстерин Гаусс сейчас просто выгнать женщину, которой не сумеет помочь никто, кроме них с лисентирин?

— Майстерин, — зазвенела косичками юлчы, которая незаметно подобралась к прибору и уже протянула руку к стробоскопу. — Можно просто показать ей всё.

— Всё не успеем.

— Тогда хотя бы что-то.

— Эрсина, — вмешалась сама Виенна, — можно и вместе с крыльями, если он до сих пор летает.

— Летал, — сдержанно кивнула Рубидия и и ей, и Тидесбале одновременно. Юлчы тут же потянулась к установке и лабораторному журналу, куда магессы заносили все ключевые события, частоты для вызова эха и время эксперимента, чтобы в дальнейшем было проще найти необходимый момент. Вырос этот журнал из стихийных записей Тидесбалы, и майстерин не могла не ругать себя, что не догадалась сразу завести специализированный документ для установки. Не пришлось бы запоминать все частоты и держать в голове все поправочные коэффициенты для расчетов.

Лисентирин привычно вызвало эхо, и на экране кинескопа замелькали картины то ли с учений, то ли с какого-то смотра: авиары, а ещё Эрсин в парадной форме, с аксельбантом и эполетом, как и полагается, а самое главное — при крыльях. Цвета, конечно, не разобрать, но видно, что это именно он, адмирал Илаи, со своим ледяным спокойствием, похожий и непохожий на сестру одновременно.

Виенна сидела без движения в тишине, прерываемой лишь помехами и командами по-деймарски. Казалась, она полностью поглощена образом на экране, и лишь когда изображение потускнело, а затем и совсем исчезло, похожая на статую сильтка вновь ожила.

— Я же так и думала, что он должен быть из “летучих мышей”, — горько усмехнулась она, — то есть, похоже, правильно это помнила. Хотя я никогда не видела крылья вживую. Только недавно довелось посмотреть на них, но и те сломанные и без авиара…

Так вот почему Виенна тогда оказалась именно в той брассери! Она пришла из-за крыльев, как и сама Рубидия!

— Это были именно его крылья, — тихо заметила майстерин.

— Что? — не поняла Виенна.

— Это были крылья Эрсина.

— Да не может этого быть! — вспыхнула сильтка, но за её возмущением и гневом чудился страх. — Они же все одинаковые! Вам откуда знать?! Его же не могли сбить! Не так по-дурацки!

Под тихий тревожный перезвон колокольчиков и украшений Тидесбала опасливо отступила к своей майстерин. Рубидия её понимала и совершенно не осуждала. Резкие перемены настроения у Виенны определённо её тревожили, особенно если вспомнить, что сильтка вооружена и в любой момент может об этом вспомнить.