Онлайн книга «Потерянное эхо»
|
Куда более простой мишенью были юлчылары, в прошлом их даже до распространения фёлькише иногда пытались громить. Повторения беспорядков и нападений власти опасались, а потому предпочли запретить “народное движение” и саму идеологию фёлькише, паразитировавшую в том числе на этой застарелой дикарской ненависти к чужаку. Семь лет назад их поливали грязью и клеймили столь яростно, что Рубидия даже на какой-то миг поверила в окончательное поражение “народников”. А те, похоже, ожидаемо затаились и просто ждали подходящего момента для возвращения. И дождались своего часа… — Фёлькише… Ну, не знаю, хотя про народ они говорили много всего, — качнула головой Тидесбала, и колокольчики в её косах звякнули привычно и даже успокаивающе. — А ещё они почему-то думают, что все проблемы Деймара от того, что больше нет императора, что власть в руках грязных дельцов-капиталистов, что рейхспрезидент и всё Народное собрание давно продались и действуют в интересах капитала, а до деймарского народа никому нет дела… И за всем этим стоят юлчылар, представляете, майстерин? Как можно было вообще такое придумать, особенно когда у вас все богачи и политики — мужчины?! Чтобы хоть одна эни стала строить мир, которым будут править мужчины?! Нет, вроде и приятно, что кто-то считает наших аналар такими могущественными, но… но ведь это просто глупо, майстерин! Тидесбала возмущалась так яростно и искренне, что пренебрежительные слова в адрес фёлькише застыли у Рубидии на губах, и сказать ей пришлось совершенно не то, что она собиралась. — Теории заговора и не бывают умными, — осторожно ответила алая майстерин. — Именно поэтому они столь легко пускают корни в людских умах… — Не во всех, а только в невежественных, — совершенно по-лисьи фыркнула юлчы, — Майстерин, никто из этих идиотов даже не признал во мне юлчы! Зато какой-то странный тип пытался объяснить мне, будто дурочке, почему юлчылар должны мне мешать. Будто бы они отберут у меня все заказы и всё ювелирное дело, будто бы все артефакты под ними, и я даже для души не смогу ничего плести. А в армию меня всё равно не возьмут, ведь там не место для красивых девушек! — Ут-Кызы, разве вы хоть на миг задумывались о том, чтобы поступить на службу Республике? — удивилась Рубидия, но Тидесбала возмущённо замахала руками. — Беда не в том, что я не собиралась служить в армии, а в том, что мне заявили, что я на это неспособна! Как будто я не ношу повязку и не занимаюсь магией, в отличие от него! Как будто он вообще хоть что-то обо мне знает! Рубидия лишь мысленно вздохнула. Вот как объяснить ей, насколько избирательным бывает внимание многих мужчин, когда дело касается женских способностей? — Ут-Кызы, он не хотел ничего на самом деле о тебе знать. Тот человек не разглядел в тебе юлчы, не заметил магессу, потому что не хотел видеть ничего, кроме красивой оболочки и того образа идеальной деймарки, которую придумал себе. В ответ на это юлчы в очередной раз фыркнула и тряхнула косичками, заставив колокольчики зазвенеть. — Какая глупость! — с негодованием подытожила она, — Вашим мужчинам следовало бы пореже говорить и почаще думать, чтобы видеть мир таким, какой он есть. — А что, кроме своих обид на юлчылар, эти фёлькише ещё обсуждали? — спросила Рубидия, чтобы вернуть разговор в прежнее русло. Слушать возмущения Тидесбалы насчёт мужчин и их ума майстерин совершенно не хотелось, особенно сейчас, среди ночи. — Что-нибудь про авиаров говорили? |