Онлайн книга «Страна без чудес»
|
— Надо же, а я подумал, там просто куст растет, — подойдя к полкам, Аллан взял одну из книг. — однако… это не вальдекский даже, по крайней мере, не современный вальдекский. — Это декоративное оформление. — Что? — Человеческие книги разных лет, на разных языках, на совершенно разные темы, — я тоже подошла, но не к полкам, а более привычным полукруглым ячейкам с перегородками, — немного эльфийских свитков, дабы гости могли при желании причаститься истинной мудрости. Но все издания расставляли по полкам, руководствуясь видом и цветом обложек, ничем более. — А в углу, огромное, коричневое, в бронзовой оковке — книги гномов? Пресловутая Книга Обид? — Сомневаюсь… На оковке обложки наличествовали проушины, но цепи с замком поблизости не наблюдалось. Возможно, вид с цепью сочли недостаточно эстетичным, или книга досталась нынешним хозяевам уже без этого атрибута. Но я в любом случае подозревала, что моих знаний Старой Речи не хватит, чтобы вникнуть в содержимое, а силы в пальцах — поднять обложку даже в нынешнем не прикованном виде. — Насколько я знаю, Книги Обид обычно имеют красную обложку и окованы красной же медью, украшенной рубинами. Здесь же что-то более обыденное, бытовое. Обустройство грибных плантаций, например, или способы стирки кальсон. — В томине толщиной почти десять дюймов⁈ — Гномы… — Ой! От окна донесся тихий шелест, и в помещении стало немного темнее и значительно разноцветней. У нас в Лесу и, подозреваю, у большинства лесных строений Долины окна закрывались листьями. Но сейчас круглый проём заслонило что-то похожее на крылья стрекозы — прозрачное, с множеством прожилок и радужными пятнами. — Я случайно… — Ничего страшного, — подойдя к окну, я попыталась представить, какое положение руки может выглядеть естественно для более высокого эльфа и, подтянувшись на носках, коснулась выпуклого бугорка на окантовке. «Крыло» дрогнуло и начало складываться обратно, но уже куда медленней и аккуратней, чем при раскрывании. — Как же красиво… Я залюбовалась структурой «крыла» и даже не сразу поняла — Марилена говорит вовсе не про него, а про вид из окна. Часть Долины уже погрузилась в сумрак, густой серо-синий для человека, но распадавшийся на полтора десятка оттенков в глазах эльфа. Тонкие белые шпили между крон мэллорнов при этом казались огнями свечей. А вот стоявшие на склонах дворцы перетекали пастельными тонами, когда лучи заходящего солнца разбавлялись мрамором стен. — Безумно хочется зарисовать пейзаж, — призналась Марилена, — но моих способностей не хватит передать на рисунке и десятой части. — А ты сделай несколько рисунков, — предложил из глубины комнаты Аллан. — Знаешь, как иногда бывает? Удачный кусочек там, хорошее решение сям… — И потом, — словно не услышав лейтенанта, добавила Марилена, — наверняка у вас уже создали множество прекрасных картин. Я дернула кончиком уха, затем спохватилась, что говорю с человеком, и отрицательно качнула головой. — Именно изображений Долины практически нет. И не только картин, образных описаний тоже не очень много. Хоть вы и шутите про эльфов, способных сочинять поэмы про каждый отдельный листок. Дерево под ладонью казалось теплым и живым. Как и каменный пол под ногами, хотя как раз камню положено холодить ноги. |