Книга Следователь по особо важным… телам 18+. Том 2, страница 126 – Игорь Некрасов

Наоми радостно заулыбалась и тут же бросила: «Оу-у, спасибо вам». Затем она повернула телефон к себе, сделала несколько свайпов влево и, снова показав мне экран, произнесла: «А вот тут она уже на свадьбе со своим мужчиной».

Я глянул на экран и первым делом охренел от того, что девушка сидела верхом… на корове. Не на лошади, не на осле — на корове. Причем так спокойно, уверенно, будто так и надо. Но это было ещё полбеды. За её спиной сидел мужчина.

И от того, что я увидел, у меня в голове что-то отключилось.

Я тут же сильно моргнул и перевёл взгляд на дорогу — машина продолжала движение, и мне всё-таки нужно было быть внимательным, а то, если бы мы сейчас разбились, последним бы, что я увидел, был старик и полуголая девка, сидящие на корове.

Убедившись, что смерть с косой меня не поджидает, я снова посмотрел на экран телефона и уже внимательнее, пытаясь разглядеть детали.

Мужчина был старым. Очень старым. Невысокий, худой до такой степени, что рёбра проступали под тёмной, почти чёрной кожей. На нём была только набедренная повязка из кожи, едва прикрывавшая пах, да в руке он держал короткое копьё с каменным наконечником.

Он сидел позади неё — на той же корове, — и в этой позе, на этом фоне, они выглядели как картинка из старого учебника антропологии, который я никогда не читал.

Но зато я смотрел на него и на неё прямо сейчас.

Девушка была практически в такой же одежде: короткой юбке из кожи, на шее — несколько рядов бус из глины и кости. На запястьях — широкие металлические браслеты, а волосы заплетены в тугие косы, и на голове — кожаная повязка с перьями. И торс снова был обнажён. Грудь открыта. Тёмные соски.

Сама девушка улыбалась — спокойно, уверенно, — и в этой улыбке было что-то простое, настоящее. Никакого стеснения. Никакого желания спрятаться. Просто — она. Просто — их жизнь.

Я смотрел на экран — и чувствовал, как член снова начинает наливаться кровью.

Чёрт… ну вот опять. Эта её грудь… такая шикарная. Даже старик и корова рядом не мешают возбуждаться.

Отведя взгляд от экрана телефона, я глянул на дорогу и потом снова посмотрел на Наоми. Она смотрела на меня, и в её глазах было что-то такое — не гордость, не смущение, а скорее спокойная уверенность. Будто она знала, что я увижу, и её это совершенно не смущало.

— Как… интересно, — сказал я, возвращая взгляд на дорогу, а затем, сделав небольшую паузу, спросил: — Простите, а кто делал фото? У вас там разрешены телефоны, получается?

Она убрала телефон в карман и закивала, говоря:

— Да-да, можно сказать, разрешены. Мы это… были… как у вас там говорят… состоятельные. Поэтому телефон есть у отца, это он снимать фото.

Я чуть усмехнулся, тряхнув головой, и произнес:

— А понял… а у вас действительно всё не так, как у нас. Было интересно… узнать о вашей культуре и, — я поймал её взгляд и продолжил, — так скажем, познакомиться с вашей сестрой. Благодарю.

— А ноу-ноу, это вам благодарю. Мне нравится вот так говорить. Это приятно.

— Согласен. — я кивнул и вернул взгляд к дороге.

За наш разговор мы уже успели выехать из города.

Дорога здесь была почти пустой — редкие машины, длинные тени от столбов, уходящие в поля. За окном тянулись серые заборы, потом пошли деревья, потом — открытые участки, где ветер гнал пыль по обочине.