Книга Нас предупреждали, страница 6 – Челси Ичасо

— Конечно, блин, нервничаю, – со смехом говорит Виктория. – Разве не в этом смысл? Две девчонки погибли в этих развалинах, любой из нас может стать следующим.

Я чувствую укол совести. Я знаю, что эта документалка важна для Генри, но разговор явно свернул не туда. Люди смеются и отпускают шуточки на эту тему, хотя Эстер была чьей-то подругой и одноклассницей, а ее младшая сестра, Наоми, которая пережила настоящий ад, учится в параллельном классе.

— Так, значит, ты веришь в проклятие? – спрашивает Генри, возвращая мое внимание к стоящей перед нами задаче.

Виктория пожимает плечами:

— К утру, может, и поверю.

— А может, помрешь, – бормочу я себе под нос.

Я слышу смешок – похоже, он донесся из-под капюшона Калеба, – но, посмотрев на парня через плечо, ловлю все тот же холодный взгляд.

Генри опускает видеокамеру.

— Отлично. Спасибо, Виктория. Я вырежу пиво из начала записи – конечно, если буду ее использовать. – Он щелкает пальцами. – Иден, дай бланк.

— Что дать? – спрашиваю я, все еще наслаждаясь видом отвисшей челюсти Виктории, ошарашенной мыслью, что сцену с ней могут вырезать из фильма.

— Бланк согласия. Ты ведь всем их раздала на подпись?

Ой.

— Э-э, я над этим работаю, – говорю я, вытаскивая бланки из сумки Генри.

— Тогда поторопись. Мы еще не осмотрели ключевые локации.

— Точно.

Под ключевыми Генри подразумевает места, где умерли люди. Он хотел, чтобы я и о них побольше разузнала, хотя вряд ли мне это было нужно. Каждый ребенок в этом городе вырос на слухах об убийствах на ночных тусовках. Когда родители собирались на пляже пожарить барбекю, все мы подслушивали их разговоры, неизбежно возвращающиеся к этой теме после изрядного количества выпитого. Мы даже изучали эти убийства на уроках истории нашего города в пятом классе.

Первой локацией была личная резиденция семьи Блэкмор – особняк, стоящий почти над обрывом. Именно там двадцать пять лет назад нашли семнадцатилетнего Николаса Блэкмора. Легенда гласит, что Хэйзел Блэкмор, мать мальчика и основательница «Фэйрпорт Виллидж», в ту холодную декабрьскую ночь перерезала ему горло. Говорят, миссис Блэкмор медленно сходила с ума. Весь город это видел. И гости «Фэйрпорт Виллидж» тоже видели. Даже ее муж незадолго до той роковой ночи вызывал полицию, когда не смог утихомирить ее во время очередного припадка.

Я заканчиваю собирать подписи собравшихся в домике ребят, пара из которых отказывается оставлять свой «автограф». Если честно, не могу винить их за это. Разумеется, Генри говорит, что за проникновение сюда можно получить максимум небольшой штраф. Что он может даже изменить имена и проделать тот жутковатый фокус с изменением лиц, если участники об этом попросят. Но участие – это риск, особенно когда у многих из нас на горизонте маячит колледж. И учебный год начинается через три дня, так что мы запросто можем нарваться на серьезное наказание.

Я засовываю бланки в сумку Генри и протискиваюсь мимо двух завернувшихся в покрывало девчонок, сидящих на ветхой лестнице.

— Ты это видела? – писклявым голосом говорит одна из них, указывая на каменную стену, огораживающую курорт со стороны пляжа. Она с головой закуталась в покрывало, так что я не могу понять, кто это.

— Вроде да, – шепчет вторая. – Хочешь, просто уйдем?