Книга Нас предупреждали, страница 8 – Челси Ичасо

От этих слов, пусть и уже знакомых, меня будто ледяным холодом обдало.

— В ту ночь, – говорит Генри, понижая голос, – миссис Блэкмор перерезала себе горло украденной бритвой. Ее дело так и не дошло до суда.

Даже находясь снаружи, я могу вообразить залитое кровью фойе, в котором был найден этот мальчик. Я пытаюсь представить себе его последние минуты. Он знал, что его ждет? Знал ли он, что скоро умрет от руки своей собственной матери?

Соглашаясь помочь Генри, я знала, что мне придется войти в этот дом. Но сейчас уже не уверена, что могу это сделать.

— Слушай, Генри, – говорю я, все еще пытаясь выдумать предлог, – может, мы…

— Сюда, – прерывает меня он, направляясь к усыпанной гравием дорожке, а не к дому.

Меня накрывает волной невыразимого облегчения, и я устремляюсь за ним по тропинке, вьющейся между двух домиков. Мы выходим во внутренний двор, в центре которого расположился огромный уродливый фонтан – безголовая каменная русалка в окружении грязной жижи.

Я уже собираюсь спросить, куда мы идем, но в этот момент в кустах справа от меня раздается шелест. Я поворачиваюсь, громоздкая сумка Генри ударяет меня по руке, пугая до полусмерти.

Я резко перевожу взгляд на кусты, листья которых покачивает гуляющий по побережью ветерок. Разумеется, там ничего не было. Это просто какая-то дурацкая легенда.

И тут я замечаю какое-то движение – быстрое, как взмах крыла.

Я наблюдаю за тем, как из-за кустов поднимается какой-то силуэт. Подобно тени, он раздувается и подергивается, выпрямляясь во весь рост. Серебристо-черная дрожащая сущность в свете моего фонарика.

Она.

Сердце подскакивает к горлу, заглушая мой крик. Я делаю шаг назад, но наступаю на какой-то старый водопроводный кран и теряю равновесие.

Наконец крик, раздирающий мою грудь, вырывается наружу, и я падаю навзничь. Я смачно шлепаюсь на сырую землю, но сумка Генри смягчает мое падение. Я начинаю по-паучьи отползать назад, царапая ладони о гравий и строительный мусор и оглядываясь по сторонам в поисках фигуры. Краем глаза снова замечаю промелькнувшую черную ткань. Темный капюшон.

Я пытаюсь подняться на ноги, но сумка тяжелая, и бок саднит. Фигура уже оставила кусты позади и теперь скользит по двору в мою сторону. Сердце стучит у меня в ушах – так громко, что заглушает шум волн.

— Иден? – слышу я за спиной голос Генри. Он идет обратно через двор. – Что за хрень?

Он подходит ко мне. Камера болтается у него на боку, когда он протягивает руку, чтобы помочь мне.

— Генри, осторожно! – ору я в тот самый момент, когда фигура бросается на нас, хватая его рукой за куртку.

Генри бросает взгляд за спину.

— Отвали от меня к чертовой матери! – рявкает он.

Фигура неуклюже отступает на шаг назад. Из рукавов мантии появляются толстые пальцы и откидывают с головы капюшон.

Гребаный Джеймисон О'Салливан. Внутри у меня все клокочет от ярости.

Он наклоняется, уперев руки в колени, и разражается мерзким утробным смехом.

— О боже. Видела бы ты свое лицо, Стаффорд.

— Ты в порядке? – спрашивает Генри, отчего мои щеки тут же начинают пылать.

— Конечно, в порядке, – бормочу я, оттирая грязь с джинсов. – Я знала, что это постанова. А закричала потому, что чуть зубы себе не выбила, когда споткнулась об эту брызгалку.

Из-за ближнего к нам домика выходит Диего, тоже хохоча во весь голос.