Книга Нас предупреждали, страница 4 – Челси Ичасо

Я пихаю Генри локтем:

— С каких пор мы снимаем документалку о Джеймисоне О'Салливане?

Генри отмахивается от меня, не отводя объектива от Джеймисона, – толпа ловит каждое его слово, будто он какой-то пророк.

— Старая миссис… – Джеймисон резко поворачивает голову вбок. – Ребят, вы это видели?

— Ой, да брось! – кричит Диего Родригез, которого здесь вообще не должно быть, потому что он еще даже не выпускник.

Засмеявшись, Джеймисон едва слышно бормочет:

— …Блэкмор.

Затем он тычет своим мясистым указательным пальцем в сторону окна. Прежде чем мы успеваем перевести туда взгляд, он хватается за горло, и его огромная туша с глухим стуком валится на пол.

В комнате раздается взрыв хохота.

Генри пытается утянуть меня за собой, но я не двигаюсь с места.

— Погоди, – говорю я. – Думаю, надо остаться и посмотреть, как он провалится под пол. – Увидеть такое зрелище своими глазами – это даже лучше, чем получить двести баксов. После всего, что я натерпелась от Джеймисона, Диего и всей этой шайки за долгие годы, надеюсь, он застрянет в подполе, и ему придется прожить там остаток своей жизни.

Генри обводит камерой помещение, пока я жду, что сейчас сбудется моя мечта, но вместо этого вижу, как донельзя довольный собой Джеймисон поднимается на ноги. Отряхнув штаны, он поворачивается и смотрит мне в глаза:

— Привет, Стаффорд. Не ожидал увидеть тебя здесь.

— Почему это? – спрашиваю я, стараясь придать себе скучающий вид.

— Да просто место здесь стремное, – говорит он. – А у тебя в родне сплошные трýсы.

Сжав руки в кулаки, устремляюсь по потрескавшимся плиткам пола ванной прямиком к нему.

Я успеваю сделать лишь несколько шагов, когда кто-то хватает меня за руку выше локтя.

— Эй, притормози, – слышу чей-то низкий голос.

Выдернув руку, я разворачиваюсь всем телом и устремляю уничижительный взгляд на свою новую мишень. Вот только для этого мне приходится задрать голову, потому что эта мишень – Калеб Дурхэм, возмутительно красивый парень с внешностью игрока в европейский футбол.

А еще человек, которого я презираю всей душой. Калеб ничем не лучше Джеймисона, а может, и хуже: в детстве он заставил меня поверить, что мы лучшие друзья. А в ту же секунду, как мой отец слинял от нас, Калеб спелся с Джеймисоном и остальными придурками и принялся превращать мою жизнь в ад. С каждым годом они заходили все дальше: в началке воровали мой обед, а в восьмом классе распространяли слухи, что я списывала у Джеймисона на контрольной по математике. Хотя этот парень и сложение-то не освоил, не говоря уже о линейных уравнениях.

— Мне кажется, ты сейчас пересмотришь свои планы, – невозмутимым тоном и с таким же выражением лица говорит Калеб. Натянутый на голову капюшон угольно-серого худи скрывает его тусклые каштановые волосы, отбрасывая на лицо тень. Я различаю лишь смутные очертания его идеального носа и волевого подбородка, но ореховые глаза поблескивают в темноте.

— Ты мне угрожаешь? – спрашиваю я, пытаясь испепелить его взглядом.

— Нет, – говорит он, подняв руку и отступая на шаг. – Я хочу помочь.

Он хочет казаться милым, чтобы я ничего не подозревала до того самого момента, пока они с Диего не подставят мне подножку или не запрут в одном из этих богом забытых домов. Все девчонки в школе без ума от Калеба, но я на его уловки больше не поведусь. Его обаяние лишь усиливает дьявольскую сущность, делая похожим на привлекательного кареглазого Антихриста.