Книга Заговор братства, страница 72 – Арно Штробель

Глассманн был уверен в успехе своей речи и с удовольствием отметил, что присутствующие одобрительно закивали.

Фридрих ударил ладонью по столу. На лбу у него залегла глубокая морщина.

— Господин профессор, ваши рассуждения чужды реальности. Вы готовы пойти на любой риск, едва на горизонте замаячит призрак того, что братство сумело подчинить себе католическую церковь и вот-вот даст вам то, к чему вы так стремитесь. Вы думаете не о братстве, а о самом себе. Неужели вы всерьез рассчитываете на то, что мы могли бы запугать членов курии? Или прельстить их деньгами? Пустое. Речь идет о людях, вся жизнь которых связана с делами католической церкви, чья жизнь и есть сама церковь. Эти люди верят в то, что они делают, даже если вам это трудно осознать. Мы еще не готовы дать бой. Да мы и не собирались воевать, все должно было произойти само собой, постепенно. Никто бы и не знал, что мы пришли к власти.

Курия может иметь внутренние разногласия, но, когда возникают глобальные проблемы, она действует сплоченно.

Нет, нет, нет! Мы ни в коем случае не предпримем ничего подобного. Лет через десять наши люди в Ватикане займут все ключевые посты. Только тогда, и ни одним днем раньше, мы сможем думать о том, чтобы нанести решающий удар. Смиритесь с тем, что вы, вероятно, не доживете до этого, господин профессор. Однако уже с самого начала вам должно было быть ясно, что ваш вклад в дело симонитов принесет дивиденды не вам, а вашим сыновьям. Все. Дискуссия на эту тему закончена.

Профессор покраснел, и было видно, что он с трудом сдерживается.

— Господин фон Кайпен, это заседание совета. Решения принимаются на основе большинства голосов. Предлагаю поставить вопрос, следует нам в данный момент предпринять активные действия или нет, на голосование. Но до того, как мы проголосуем, я хочу прочитать одно письмо. Оно представляет интерес для всех членов совета.

Он вытащил из внутреннего кармана пиджака лист бумаги и развернул его. Затем Глассманн надел очки, лежавшие перед ним на столе, и прочитал следующее:

Уважаемый господин Глассманн, это письмо адресовано совету братства симонитов. Я считаю своим долгом сообщить, что С1 намеревается организовать боевую группу, члены которой готовы выполнять террористические акты, если С1 решит, что кто-то стоит на пути братства. Я знаю, что в будущем подобная необходимость может возникнуть, но то, что подобная группа будет подчиняться приказам одного человека, считаю недопустимым.

Так как теперь совет проинформирован о предполагаемых действиях, я надеюсь, что организация такой команды будет осуществлена только после общей санкции.

Вернер Фисслер.

Глассманн положил письмо на стол, и все взгляды устремились на Фридриха.

— Что вы скажете нам по этому поводу, господин фон Кайпен? — глаза старика искрились светом победы.

Мысли Фридриха сменяли одна другую с бешеной скоростью, и тем не менее это был не сумбур. Стратегия вырисовывалась моментально. Ему понадобилось несколько секунд, чтобы определить, как можно превратить мнимый успех Глассманна в сокрушительное поражение. Более того, сейчас он окончательно даст всем понять, кто в братстве имеет решающий голос.

Он сделал еле заметный знак «своим» людям — Кремеру, Шоллеру и Гансу, а затем наклонился вперед.