Книга Погоня за судьбой, страница 334 – Ди

— Поэтому твоя заинтересованность должна быть не меньше моей, — закончил он. — Задача-максимум — добыть хоть что-нибудь. Хоть какие-то свидетельства экспериментов.

— Вроде бы не так уж сложно, — заметила я. — Я могу помочь с кораблём, обернёмся за несколько часов…

— Исключено, — отрезал Альберт. — Воздушное пространство над пустыней патрулируют боевые дроны Департамента, и они вас туда не подпустят, а вы, в свою очередь, скомпрометируете всю операцию. Поэтому добираться будете по земле.

— Это точно единственный вариант? — Я почесала в затылке. — В пустыне обитают не очень дружелюбные твари, и мне не особо хочется встречаться с ними нос к носу…

— Я всё понимаю. Но за нужную тебе информацию придётся пойти на некоторый риск. И ты будешь не одна — я выделю людей.

— Я и так не одна. Но лишние руки, конечно, не помешают…

Альберт встал из-за стола, давая понять, что наш разговор близится к завершению.

— В таком случае послезавтра утром я буду ждать тебя у транспортного депо Олиналы. Провизия, оружие и транспорт к тому времени будут готовы.

— А что за транспорт? — поинтересовалась я, поднимаясь следом за ним.

— Багги. Вам нужно будет пересечь пустыню.

— Багги, говоришь? — протянула я, вспоминая выгрузку из «Фидеса», его просторный ангар и технику, которая была доставлена перед самым отлётом с Земли. — Оставь багги себе, у нас есть кое-что посерьёзней…

… Торговый док Новой Венеции был гигантской мутной лужей, кишащей судами. Они громоздились, покачивались, с шелестом тёрлись друг о друга и норовили влезть одно на другое, словно стая разноцветных моржей, греющих бока на тесной льдине.

Люди ловко скакали с борта на борт, таская на себе огромные тюки, потемневшие от времени сети с каким-то барахлом внутри, видавшие виды дощатые ящики и картонные коробки. Тут же, по внешнему периметру мостков под матерчатыми навесами, расположились торговцы.

— Ну, Данила, и где же твой корабль? — окликнула я своего попутчика, разглядывая буйство красок в прямоугольной бухте — оранжевые буи, пёстрые тенты, разноцветные и ржавые борта.

Нам только что возвратили оружие — мой пистолет-пулемёт вернулся в сумку, а Данила сунул за пояс неказистый шестизарядник. Сзади, как тень, дышал в затылок молчаливый охранник, приставленный к нам до самого отплытия — на всякий случай. Мой попутчик окинул взглядом водный базар, посветлел лицом и неопределённо махнул рукой.

— Вон она, моя красавица! — сказал он и направился вдоль мостка, рассекая толпу, как бульдозер.

В гуле хаотичной людской массы тонули зазывные крики, пахло рыбой, пряностями и пóтом. Обеими руками прижав к животу рюкзак, я пробиралась сквозь шумную толпу за Данилой, и вскоре мы добрались до серпантина и спустились к самой воде. Лёгкие волны лениво облизывали доски, поросшие бордово-изумрудным ковром скользких водорослей.

В сторону распахнутых створок шлюза, протискиваясь через узкий коридор средь лодок, еле-еле тащился крупный тупоносый баркас с высокими бортами. Наполовину свесившись с его носа, могучий толстяк в промасленной капитанской фуражке хрипло матерился на судёнышки помельче и требовал расступиться, грозясь отправить их владельцев на дно, на корм ракам.

Запрыгнув на ближайшую лодчонку, Данила помог мне взобраться на борт и, показывая чудеса эквилибристики, принялся уверенно перемахивать с одного судна на другое. Я старалась не отставать, еле удерживая равновесие на танцующих под ногами посудинах. Наконец оттолкнулась от последнего борта и, подхваченная крепкими руками Данилы, очутилась на короткой палубе небольшого аэроглиссера болотного цвета.