Онлайн книга «Погоня за судьбой»
|
«Что… Где я?! Это что, был сон? Глюки? Нет же, я вся продрогла до костей…» Где-то в центре черепа эхом отзывалось ощущение бесшумного взрыва, после которого все мысли, все воспоминания — свои и чужие — взметнулись вверх белым вихрем, а затем рухнули обратно в беспорядочной груде. Я ощущала отдельные обрывки — запах аммиачной атмосферы чужой планеты; тактильное воспоминание о шести щупальцах; звук пения кристаллических деревьев; память жаберного дыхания… Это были не мысли — но шрамы на восприятии, оставленные прикосновением к чужому разуму. Я моргнула — и на внутренней стороне век полыхнула карта чужих созвездий. Ещё раз — и в висках отразилась чудовищная гравитация чужого мира. Детали отслаивались, как чужая кожа, оставляя под собой сырую, больную память, идущую трещинами. И было понятно — меня вскрыли, заглянули внутрь и бросили, не зашивая. И теперь из незашитых ран сочились осколки вселенных… «Кто я?» Лиза Волкова. «А ещё?» Наблюдатель спиральных туманностей. Свидетель гибели звезды в системе Тэта Киля… «… Это не я. Это — не я…» С тихим стоном я отстранила чужое знание, как отодвигают в сторону трофейный шлем, только что снятый с головы. Собрала себя по косточкам. По знакомым шрамам, по боли в боку, по имени «Софи», которое было якорем в этом потоке чужой информации… и только тогда — собравшись в грубую, но узнаваемую копию самой себя, я открыла глаза по-настоящему. Руки сами, помимо воли, прижимали к груди металлический шарик. Комбинезон стоял колом, промокший и промёрзший насквозь, и хрустел, как ледяной панцирь. Контролёр выпал из разъятых пальцев, глухо стукнулся о камень и замер, будто обычная железяка. А я, с трудом оторвав голову ото льда, приподнялась на локте и с диким недоумением огляделась. Никакой пещеры, никакого кипящего озера — только камни, лёд и бесконечное лиловое небо. В двадцати метрах от меня к небесам тянулся белоснежный купол плантации, возле которого — небрежно брошены два невзрачных тёмных кирпича казённых глайдеров. И в этот момент дверь в подножии купола распахнулась, а на пороге возник Василий. — ЖИВАЯ?! — Он не крикнул, а взревел со смесью ярости, паники и дикого облегчения. Он бежал ко мне, спотыкаясь о камни. — Где ты шлялась, скотина?! Мы тебя за неделю похоронить успели! Одна куртка от тебя осталась и место, где пропала биометрия! — Какую неделю? — фыркнула я, но внутри что-то ёкнуло. — Меня не было полчаса, от силы! — Неделя! — рявкнул Василий, подскакивая ко мне и на ходу сбрасывая с себя куртку. — Семь дней! Сто шестьдесят восемь часов! Мы впотьмах в этих пещерах все ноги сбили! Думали, ты провалилась в плавильный котёл или тебя… сожрал кто. — Да подожди ты… — Мой голос сорвался на хриплый шёпот. — Меня не было… Мне казалось, меня не было полчаса… Рядом уже стояли Василий, бригадир и пара сменщиков — молчаливые исполины, на две головы выше моего друга, рядом с которыми он казался подростком. Тут же накрытая тёплой курткой Василия, я попыталась встать, но мышцы отозвались слабостью — как будто я месяц пролежала в постели. Схватилась за голову, пытаясь удержаться в реальности, которая накатывала тёмной, густой волной. Прислушалась к ощущениям в желудке — уж он-то точно дал бы о себе знать после недельной голодовки… Ничего. Но… ногти на живой руке отросли. Совсем чуть-чуть, но заметно. Я отчётливо видела аккуратную белую линию у каждого основания — за полчаса так не бывает. |