Книга Aurental. Volumen I: Saeculum dolore, Saeculum natum, страница 84 – Pauline Lents

Спина Шион едва заметно напряглась, но она даже не обернулась.

— Мне всё равно, — ответила она холодно. — Умрёшь — значит, оказалась бесполезной. Выживешь — значит, наконец принесёшь хоть какую-то пользу.

Тишина продержалась лишь мгновение. Край кровати тихо скрипнул, когда Вивьен резко поднялась на ноги. Смех исчез так же внезапно, как появился; на лице её осталась только вспышка злости, слишком долго сдерживаемой.

— Забавно выходит, — произнесла она уже без тени прежней учтивости. — Я нахожусь во дворце, а Паулин — среди врагов, объявленная предательницей. Однако почему‑то именно её положение оказывается куда прочнее и выше моего.

Ответа она не получила. Шион уже направилась к двери; шаги её звучали спокойно и ровно, словно слова Вивьен не стоили даже короткой задержки мысли. У самого выхода она остановилась на мгновение, чуть повернув голову в сторону комнаты, но так и не обернувшись.

— Твоё нытьё меня больше не интересует, — произнесла она холодно, и в голосе её не было ни раздражения, ни усталости, лишь сухое равнодушие человека, давно сделавшего вывод.

Дверь закрылась почти бесшумно.

Несколько секунд Вивьен стояла неподвижно, будто не сразу поверила, что разговор на этом действительно окончен. Затем лицо её исказилось; резким движением она схватила со стола тяжёлый графин и со всей силы швырнула его в стену. Стекло разлетелось по камню звонкими осколками.

— Старая тварь… — прошипела она сквозь зубы, тяжело дыша и глядя на разбитое стекло так, словно перед ней стояла сама Шион.

3

К полудню дворец уже жил своей привычной жизнью. Предрассветная тишина исчезла; коридоры наполнились шагами слуг, тихими переговорами стражи и редким звоном посуды из дальних залов.

Вивьен неторопливо шла по галерее, делая вид, будто просто бесцельно прогуливается. Шаги её были ленивыми, взгляд — рассеянным. Со стороны казалось, что она лишь убивает время, как и многие придворные.

У поворота она заметила людей Альвескардов. Несколько человек в тёмных дорожных плащах направлялись к дипломатической комнате — той самой, где обычно принимали гостей, когда разговоры требовали тишины и закрытых дверей.

Шаг её чуть замедлился. Вивьен наблюдала ровно столько, сколько позволяли приличия. Затем, когда люди скрылись внутри и дверь закрылась, она продолжила путь тем же спокойным шагом.

Через несколько мгновений её ладонь уже коснулась той же двери.

Она открыла её без спешки и вошла, словно действительно оказалась здесь случайно. Взгляд её лениво скользнул по комнате — и только тогда она заметила Готье. Он уже сидел за длинным столом, разложив перед собой бумаги и карты; судя по всему, он находился здесь до того, как вошли его люди.

— Не знала, что король ожидает гостей, — произнесла она с лёгкой вежливой улыбкой, останавливаясь у входа и оглядывая комнату так, будто только сейчас заметила присутствующих.

Готье медленно поднял взгляд от разложенных на столе бумаг. Движение было ленивым, почти неохотным, будто он заранее знал, кого увидит у двери и не ожидал от этого появления ничего достойного внимания. Тёмные глаза скользнули по Вивьен коротко, оценивающе; уголок губ едва заметно дрогнул. Так смотрят не на незваного гостя — так смотрят на человека, только что позволившего себе глупость, которую даже не стоит комментировать.