Книга Заставь меня Не любить. Исповедь, страница 91 – Маргарита Климова

— И что мне теперь делать? — поднесла к губам бокал, третий по счёту. Тепло внутри немного расслабило, и жизнь уже не казалась такой перевёрнутой и затоптанной.

— Всё спокойно обдумать и поговорить. Сначала с Никосом, — поморщился Стас, — потом с Игнатом. Хватит бежать, Ира. У тебя здесь семья, которая любит и переживает. Мы сможем защитить, независимо на исход и твоё решение.

Не сказала бы, что события стали развиваться с огромной скоростью. Изменения набрали динамику, определённо сменили почти застойное, слабое течение быта на что-то подобное горному ручью, приближающемуся к состоянию бурной речки, которая когда-нибудь перейдёт в водопад.

В доме Ростовских появился мелкий пёс с мохнатой мордой и блестящими глазками, похожими на пуговки. Поначалу он ссался со страху от любого движения, трясясь на тонких лапках, но спустя пару дней освоился, прячась, почему-то, у меня между ног. Незаметно Ларик перебрался ко мне на руки, отказываясь перемещаться самостоятельно. Погуляет десять минут, сделает все свои дела и подбегает, скуля и умоляя взять под защиту.

— Вроде собаку просила я, а нянчится с ней Ирка, — расстраивалась Ната, видя, с какой преданностью Ларчик смотрит на меня.

— Потому что брать надо было нормального пса, а не ошибку генной инженерии, — упрекал Стас, нарезая грудку индейки для щенка. Отвешивал на весах положенную порцию и усмехался, откладывая на блюдечко. — Он даже ест как мышь. Давай возьмём дога или кане корса. Им хоть миску приличную поставить можно, а хомяка Иринке подарим.

Так Ларик с лёгкой руки Стаса стал принудительно моим, а семья Ростовских поехали за серьёзной собакой, жрущей как слон. Лёшка был счастлив появлению питомца, и приход незнакомого дяди Игната сместился на дальний план.

Если честно, очень боялась расспросов сына по поводу Немцова. Мы не рассказывали, что Ник не является ему родным отцом, будучи уверенными в сохранности нашей тайны. Сейчас же правда рисковала всплыть наружу, и как с ней справится Алёша оставалось неизвестным. Больше всего меня беспокоила реакция ребёнка, и уберечь его было мне не под силу.

Игнат не появлялся, послушав Стаса, но каждый день курьер приносил от него игрушки для детей и цветы для дам. Кажется, гормоны Натальи плавились от такого внимания, и она всё чаще намекала на положительность нового Немцова.

Меня его внезапная положительность не трогала. Знала я цену ей и всё ещё помнила, что под красивой обёрткой скрывается гниль. Развернёшь и прослезишься от вони. И не только от вони… Плавали, знаем. Сломаешься, потеряешь себя и свою жизнь.

Спустя четыре дня на пороге объявился Никос. Подмышкой коробка конфет, которые я в последнее время не переносила, а наглую морду скрывал шикарный букет цветов, который, почему-то, привёл в негодование. Вину заглаживать пришёл, осознав, что перегнул палку.

— Прости, дорогая. Срочная командировка на секретный объект, — лгал блудный муж, не смущаясь. — Телефон пришлось сдать. Пока учения проводили всю связь перекрыли.

— Прекрати, Ник. Совсем заврался, — прошла в дом, оставив дары нетронутыми. — Знаю я, где ты был и чем занимался. Сначала твой любовник отписался, после перезвонила по его номеру и в красках услышала, чем вы занимались, а потом люди добрые глаза открыли на твои увлечения.