Книга Пышка и драконы берутся за дело, страница 5 – Лана Яснеева

— Ну полно, — говорит он тихо. — Полно вам. Разве можно так убиваться из-за пышек?

— Дело не в пышках, — всхлипываю я, вытирая щёки. — Простите меня. Я не должна была...

— У вас что-то случилось? Вы можете рассказать мне? — спрашивает Май, и в его голосе столько участия, что я не выдерживаю и рассказываю.

Всё. Про мужа и мою помощницу. Про то, как застала их в подсобке. Про развод и шантаж с пышечной. Про его слова: «Домой можешь не возвращаться» и «Смотреть на тебя страшно». Про то, что я совершенно внезапно осталась одна — без помощи, без денег, без дома, без веры в людей.

Май слушает, не перебивая. Его лицо мрачнеет. Он всё ещё держит меня за плечи, и это прикосновение странно успокаивает.

А Жан...

Когда я заканчиваю, я поднимаю глаза на второго брата. И вздрагиваю.

Жан больше не выглядит холодным. Его золотые глаза полыхают. Ноздри раздуваются. Желваки ходят под скулами. Он в ярости. Я разозлила его?

— Он сказал, что на вас смотреть страшно? — переспрашивает Жан сдавленным голосом. — Этот человек... этот червь... осмелился сказать такое вам?

— Но ведь это правда, — шепчу я, опуская глаза. — Я знаю, что не худышка. Я никогда...

— Посмотрите на меня, — требует Жан.

Я поднимаю взгляд. Он делает шаг ко мне. Его золотые глаза впиваются в моё лицо, и то, что я в них вижу это вовсе не жалость. Это гнев пополам с… желанием?

— Ваш муж — слепец, — произносит он низким голосом. — И дурак. Та женщина, что стоит передо мной, — это сокровище. Пышная, тёплая, нежная. Ваши формы, Ариана, — это красота, а не недостаток. И если ваш бывший муж этого не понимал, то он не заслуживал вас ни на одну секунду.

Я смотрю на него во все глаза. В горле стоит комок.

— Брат прав, — мягко добавляет Май, проводя ладонью по моей спине. — Вы роскошная женщина. У вас такие плавные изгибы, мягкая кожа, и от вас пахнет так приятно. Ванилью и выпечкой. Вы знаете, сколько мужчин мечтают о такой, как вы? Сколько драконов сложили бы крылья к вашим ногам?

— Спасибо, — бормочу я глупо, потому что не знаю, что ещё сказать.

Я краснею до корней волос. В ушах звенит. Мне только что сказали, что у меня плавные изгибы и мягкая кожа. Что я — сокровище. Это после десяти лет брака, где комплименты закончились в первый же год.

— У вас совсем нет дома? — неожиданно спрашивает Май. — Он выгнал вас?

— Да, — я вытираю нос. — Сказал, чтобы не возвращалась. Завтра пойду забирать вещи.

— Значит, решено, — Жан переглядывается с братом, и между ними должно быть происходит один из тех безмолвных разговоров, которые понятны только близнецам. — Вы остаётесь здесь.

Жан неожиданно улыбается. Впервые за всё время. Улыбка у него оказывается потрясающая — острая, опасная, но удивительно красивая.

— Что?

— У нас двенадцать гостевых спален, — пожимает плечом Май. — Глупо ночевать на улице, когда есть свободная кровать. И горячая ванна. И ужин. И два дракона, которые будут счастливы составить вам компанию.

— Я не могу... это слишком... я даже не...

— Можете, — обрывает меня Жан. Твёрдо, но без злости. — Мы приглашаем вас быть нашей гостьей. А проблемы с вашим мужем... — его глаза снова вспыхивают золотом, —...мы решим. С превеликим удовольствием.

От этих слов меня снова переполняют чувства и я вжимаюсь лицом в плечо Мая, который все ещё обнимает меня. Мои плечи начинают трястись, слезы сами собой льются из глаз.