Книга Собственность Саида, страница 48 – Ольга Дашкова

На кухне был полумрак, на столе веером лежали бумаги. Отчеты службы безопасности. И как раньше не догадался пробить эту семейку? Все решал семейные дела, искал каналы поставки, а Царев был ключевым звеном, у него хорошие связи, и втаптывать его в землю, убивать из-за собственной мести было не время.

По отчету выходило, что девушка родилась в двухтысячном году, в городе, расположенном на две тысячи километров севернее от того, где она жила и училась все это время. Надо бы копнуть глубже, кто ее родители и куда они пропали.

В семье Царева Дарина появилась уже в трехлетнем возрасте, в ее свидетельстве о рождении нет никаких левых фамилий, мать и отец Царевы. И было на тот момент Петру Васильевичу уже сорок четыре года.

Глава семейства тогда уже был депутатом, большим и уважаемым человеком. А ведь девочка и ее судьба ни разу ниоткуда не всплыла, так хорошо все подчистили, но на каждую защиту есть свои ключи.

Откуда же ты взялась, Дарина? Стала подарком судьбы для бездетной пары или же тебя у кого-то отняли?

Вопросов стало больше, чем было до этого момента. Прикурил снова, потрогал шрам на плече, в клинике хотели перештопать, но я отказался, пусть будет так.

Смелая девчонка, да и дерзкая такая, смотрит открыто. Даже мальчишка Эмир повелся на нее, кинулся спасать, размахивая оружием. Отец узнает, всем достанется. Юсуф взывал к Всевышнему, а вот Дарина смотрела на своего спасителя с недоверием. Она неглупая, давно это понял.

Отец звонил второй раз за два дня, это настораживало, но узнавал он не о младшем сыне, а о моем решении насчет Камара Азиза и его дочери. Вариант шикарный: объединить наш, так сказать, теневой бизнес, к тому же положение у Азиза шаткое – потеря сына и наследника, болезнь.

Дочь его, Лейла, да, красивая, яркая, хорошая партия, но я никак не готов связывать себя узами брака. Я не мой брат Ахмет, который женился потому, что пришло время, и отец ему нашел жену, я не собираюсь трахать жену раз в неделю, делать это для того, чтобы зачать детей, а все остальное время не вынимать член из шлюхи.

Да и вообще брак не для меня. Полно других забот и проблем. И одна из них, от которой отец просил избавиться в течение трех суток, стоит за стеной. Я не вижу ее, но чувствую.

Затушил сигарету в переполненной пепельнице, одним большим глотком допил виски, налил еще. Расстегнул и снял с себя рубашку, бросая на пол.

— Выходи.

Тишина.

Не слушается.

Провел кончиком языка по зубам. Непокорная, гордая, но я понял: именно это мне в ней нравится. Будь она другой, начни пресмыкаться, вымаливать свою жизнь, ползая на коленях и выполняя любую прихоть, оставил бы еще в том доме, а перед этим отдал бы охране.

— Ты хочешь, чтоб подошел я?

Вышла через пятнадцать секунд. Тонкий силуэт на фоне тусклого света из прихожей, длинные ноги, распущенные волосы. На девушке была рубашка ниже коленей, но тонкая ткань просвечивала, и мне было видно практически все.

— Я хотела спросить.

— Подойди.

Сомневается, правильно делает. Она изучает меня, как опасного зверя, рядом с которым стоит опасаться всего.

— Клиника. Зачем все это было?

— Слишком много вопросов. Подойди ближе. Хочешь выпить?

— Нет. Я хочу знать, что со мной будет дальше.

— Я уже говорил.

— Про бордель Стамбула?

— Да.