Книга Развод в 57: Любовница в Моем Белье, страница 16 – Магисса

— Теперь наклонитесь и поднимите с пола пояс от халата.

Альбина наклонилась. Верхний крючок на спинке вышел из петли. За ним открылся второй. Бюстье дёрнулось вперёд и сползло с одной стороны.

Нонна оказалась рядом раньше меня. Закрыла Альбину халатом и увела за ширму. Фотограф опустил камеру. Сабина сразу потребовала удалить случайный кадр, хотя затвор, кажется, не успел сработать.

— Вас не задело? — спросила я из-за ширмы.

— Только самолюбие, — ответила Альбина. — Но оно у меня запасное.

Когда она оделась, Нонна вынесла образец на подносе. Ленты крючков и петель были смещены, перекрытие оказалось недостаточным. При косой нагрузке край выворачивало, и крючки выходили из петель. Не единичный сломанный крючок, а ошибка сборки.

Роберт сам сверил шов со спецификацией.

— Для «Контура» эту партию прототипов отклоняем технически, — сказал он. — Даже если завтра подтвердится согласование, магазинного теста с ними не будет.

— Со стороны «По себе» приёмку тоже останавливаем, — сказала Нонна.

— Мы можем переделать застёжки, — сказал Феликс.

— После нового образца и полной панели. Сегодня фабрика должна получить акт, а не разрешение на тираж.

Сабина отпустила моделей и визажиста, договорилась с фотографом о переносе и оставила только предметную фиксацию для акта. Она спорила о деньгах, но не пыталась снова надеть комплект на Альбину. За это я была ей почти благодарна. Почти.

После съёмки мы с Нонной проверили изнанку графитового образца. Обычная фабричная бирка содержала размер, состав и номер партии. Под ней была вшита узкая технологическая лента, которую должны были удалить после приёмки.

На ленте стояло: J57-04.

Я перечитала код. Я сама присвоила его четвёртой версии личного файла. Не базовая модель, не весенняя капсула, не документ для фабрики. Запечатанный комплект всё ещё лежал в сейфе кабинета архива. Этот образец изготовили раньше, чем Сабина надела оригинал в примерочной. Значит, до фабрики дошёл как минимум мой закрытый код, а вместе с ним файл, спецификация или копия конструкции.

Нонна открыла утверждённый список переданных кодов. J57-04 там не было.

Роберт сфотографировал ленту рядом с номером партии и попросил не распарывать шов дальше. Феликс стоял по другую сторону стола.

— Возможно, фабрика ошиблась при маркировке, — сказал он.

— Фабрика могла перепутать размер, — ответила я. — Мой закрытый код она придумать не могла.

— Десять минут без Феликса и Левицкого.

Сабина сказала это после четырёх часов, когда фотограф упаковал фон, Роберт ушёл с копией акта, а Нонна вернула сотрудницам обычный рабочий ритм. Образец с J57-04 Нонна упаковала отдельно. Его дубль после предметной съёмки остался на манекене под красной карточкой «Не утверждено», крупнее ценника.

— Роберт мне не принадлежит, — ответила я.

— Я не об этом.

— А я теперь уточняю принадлежность всего, что находится в комнате.

Сабина посмотрела на манекен, потом на дверь переговорной. Феликс говорил там с фабрикой. Сквозь стекло было видно, как он ходит вдоль стола и делает пометки, ни разу не повышая голос. Даже сорванный пилот он превращал в список задач.

— Здесь? — спросила Сабина.

— Третью примерочную не предложу.

— Не сомневалась.

Мы остались в демонстрационной зоне. Дверь в швейный зал я закрыла, чтобы разговор не лёг на шум машин и не стал развлечением для четырнадцати человек. Сотрудники знали о приостановке доступа. О том, почему я застала Сабину ночью, пока не знал никто, кроме Нонны и участников вчерашней встречи.