Книга Развод в 57: Любовница в Моем Белье, страница 17 – Магисса

Сабина поставила ноутбук на стойку, но не открыла. Сумку оставила на плече, словно пришла ненадолго и не собиралась чувствовать себя в безопасности.

— Я хочу, чтобы ты услышала мою версию не от него, — сказала она.

— Вчера я уже увидела вашу совместную.

— Я знала, что он женат.

— Смелое начало.

— Не прошу считать меня обманутой девочкой. Я согласилась на отношения с женатым мужчиной. Но Феликс сказал, что между вами всё закончилось до меня.

— Кроме брака, квартиры, компании и редкого секса.

Она не отшатнулась.

— Про квартиру и компанию я знала. Про секс он говорил иначе.

— Иначе от чего?

— От того, как сказала ты.

Я ждала. Сабина провела пальцем по ремню сумки.

— Он сказал, вы давно живёте как партнёры. Что близость случилась один раз летом, после твоего дня рождения, и только убедила его: возвращаться некуда.

В июле Феликс сам потянулся ко мне. Не после просьбы и не из супружеской обязанности. Утром мы пили кофе, он целовал меня в плечо и сказал, что зря мы так долго жили рядом, не замечая друг друга. Два месяца я считала ту ночь неловкой, но честной попыткой. Для Сабины он превратил её в контрольную проверку закрытого предприятия.

— Он назвал тебе месяц?

— Да.

— Что ещё?

— Жанна, я не собираюсь пересказывать постельные подробности.

— Их пересказал мой муж. Я хочу понять объём презентации.

Сабина стиснула ремень сильнее.

— Он говорил, что ты не любишь, когда к тебе прикасаются без предупреждения. Что после работы тебе нужно побыть одной. Что вы спите в одной кровати, но каждый на своей стороне. Что ты согласилась бы на спокойный развод, если бы он гарантировал сохранение ателье.

— Очень удобно. Даже мой ответ заготовлен.

— Я ему верила.

— Одиннадцать месяцев?

— Не сразу. Сначала он говорил, что расскажет тебе после Нового года. Потом после годового отчёта. Весной появился «Контур». Он сказал, развод до сделки ударит по стоимости компании и сотрудникам.

— А после сделки?

— Он переезжает ко мне. Вы продаёте квартиру. Ты сохраняешь индивидуальное направление и контрольную долю. Он управляет готовой линией. Я становлюсь креативным директором.

— И совладелицей.

— После выполнения плана.

— В чём именно?

— Феликс хотел после согласия владельцев выделить готовую линию в отдельную компанию-оператора. Если пилот достигает показателей, я получаю опцион на долю в ней.

— Документ есть?

— Проект.

— Подписанный?

Она промолчала.

— Мой агентский договор оплачивает только кампанию, — сказала Сабина. — Опцион должен был компенсировать разработку марки и месяцы работы после пилота. Проект готовил мой юрист, не Феликс на салфетке.

— Юрист видел решение владельцев о создании компании-оператора?

— Феликс сказал, его оформят после ваших внутренних согласований.

— Которых не было.

— Я видела электронную отметку и предварительное соглашение.

— И решила, что остальное неизбежно.

— Решила, что человек, который двадцать лет ведёт коммерческую часть, знает границы своих полномочий.

В этом заблуждении не было романтической наивности. Сабина проверила то, что касалось её будущего опциона, но приняла полномочия Феликса на веру, потому что так было выгоднее и быстрее.

— Значит, доли у тебя нет, — сказала я. — Ни в «По себе», ни в ещё не созданной компании. Есть обещание мужчины, который обещал развестись трижды за одиннадцать месяцев.