Книга Руны законов Сварога, страница 37 – Юлия Поспешная

— По-мо-ги-ите, лю-юди-и… По-мо-ги-ите… — звучало из лесных дебрей.

Так крик повторились несколько раз, с разными голосами.

— Я поеду первой, — решила я. — Оставайтесь на месте.

— Уверенна? — нахмурился десятник.

— Нет, — просто ответила я. — Но меня околдовать будет значительно сложнее, чем вас.

Это не было хвастовством, а просто констатацией факта. Дружинники и стражники во многом так же уязвимы, а то и вовсе беззащитны перед чужим злым колдовством, как я перед внезапной атакой умелого мечника или лучника.

— Я с тобой! — раздался за моей спиной знакомый голос.

Святослав послал своего массивного коня вперёд и поравнялся со мной. Я посмотрела на спасённого мною Ставра, затем оглянулась на Коцела. Десятник с недовольством поджал губы, но говорить ничего не стал: над присоединившимся к отряду Святославом он власти не имел. Да и вряд ли пожалеет, ежели тот внезапно преставится, а потому и не было для Кочебора смысла удерживать пришельца от риска.

— Как пожелаешь, — отвернувшись от Ставра, ответила я и легонько ткнула пятками Блика под бока.

Хорошо обученный конь, который отлично понимал меня чуть ли не на вербальном уровне не нуждался в ударах шпорами. Впрочем, ладно, здесь не обошлось без небольшого и безвредного колдовства.

Вместе со Святославом мы въехали под сени леса, постепенно погружаясь в его тени. У меня руках было давешнее ожерелье с янтарём и лисьей шерстью. Колдовское воздействие ожерелья должно было позволить нам со Ставром беспрепятственно проехать даже под носом у большинства представителей лесной нечисти. Впрочем, крошечный процент риска неудачи здесь всё равно сохранялся.

— Где ты достал меч с кинжалом, коня со сбруей и кольчугу со шлемом? — спросила я, внимательно глядя по сторонам. — Это всё должно стоить целое состояние, а я при тебе, уж прости, даже осколка затёртого сребника не нашла.

— Я всё выиграл, — тоже присматриваясь к черноте ночи в лесу ответил бывший узник оборотней.

Он удерживал в руках потрескивающий факел, от которого вверх то и дело взлетали быстро тающие искорки. Факелы в листвянском царстве горели при помощи легко воспламеняемой, изобретённой волхвами-алхимиками «жар-смолы». Зажжённая жар-смола не гасла от порывов ветра, от падения на землю и даже далеко не сразу могла потухнуть от ведра воды, поэтому тушили факелы в водоёмах или глубоких сосудах с водой. Насыщение кислорода в горящей смоле было таким, что нередко можно наблюдать удивительное и завораживающее явление огня, горящего под водой.

Свет от наших факелов танцевал на сугробах и ветках деревьев.

— Выиграл? — я обернулась и скептически хмыкнула. — Во что же?

— В Тавлеи*,— небрежно ответил Святослав.

(Тавлеи — считается аналогом скандинавской игры Хнефатафл. Суть заключалась в следующем: условные «белые» фишки во главе с «королём» должны были прорваться к уголкам игральной доски, а «чёрные» должны были им помешать и поймать короля, прим. автора)

— Так ты мастеровитый игрок в тавлеи, раз умудрился столько выиграть?

— Можно считать и так.

Я снова обернулась и внимательно посмотрела в зелёно-бирюзовые глаза мужчины.

— Подозреваю, что ты не только умелый ратник, но столь же умелый плут.

— Это всё твои домыслы, — хитро улыбнувшись, ответил воин.

— Честные игроки столько не выигрывают, — заметила я.