Книга Неоновые росчерки, страница 202 – Юлия Поспешная

— Вижу, — буркнул Стас.

Теперь я увидела его силуэт, он быстро приблизился ко мне. Корнилов как будто вынырнул из дымчатой завесы и его лицо оказалось прямо возле меня.

— У тебя кровь на лбу и щеке! — испуганно вскричала я.

— У тебя тоже, — Стас взглянул мне на лоб.

Я быстро ощупала правой рукой голову и тут же почувствовала пальцами тёплую влагу на волосах. Кровь так же стекала по правой стороне моего лица и, похоже, аж до самой шеи.

— Не переживай, — чуть изменившимся голосом произнес Стас. — Если ты можешь двигаться, говорить и видеть, рана, как минимум не опасна. Просто зацепило…

Но у меня почему-то сложилось впечатление, что Стас больше пытается успокоить самого себя.

Корнилов достал свой немецкий штык-нож, который его дед раздобыл во время войны, и перерезал мой ремень безопасности.

Он помог мне осторожно спустится вниз, и мы вместе выбрались из автомобиля. Затем Стас достал из машины ту самую девушку в зеленом свитере. К счастью она была жива, но без сознания. Голова у неё была цела, но левая нога была выгнута под не естественным углом.

Корнилов снял куртку, затем рубашку и быстро покромсал её ножом. В машине, он обнаружил бутылку с газировкой и смочил ею каждый из лоскутов разрезанной рубашки.

— Завяжи рот и нос, — сказал мне Стас, протягивая один из лоскутов.

Я послушно обвязала лицо влажным куском ткани. Когда я закинула руки назад, спина, в области лопаток отозвалась тянущей болью.

Я скривилась, но быстро взяла себя в руки, не хотелось, чтобы Стас за меня беспокоился.

Корнилов обвязал лицо себе и девушке. Затем накинул куртку на голый, покрытый кровавыми полосками глубоких царапин, торс, и взял девушку на руки.

— Идём вдоль дороги и поскорее, — произнес Корнилов, ступая прочь от машины. — Ника, пожалуйста, не отставай и не отходи далеко.

Я кивнула. Даже думать не хотелось, что будет если я потеряюсь в этой дымчатой серо-чёрной мгле!

Поэтому я двигалась почти вплотную Стаса, боясь потерять его из виду. Я бы держалась за него, если бы не видела, как ему тяжело. Стас, побитый, весь в ссадинах и царапинах, с кровью на лице и теле, спешно ковылял прочь, таща на руках девушку в зеленом свитере. Та, по-прежнему не подавала признаков в жизни. Её правая рука, ноги и волосы безжизненно свисали вниз, безвольно качаясь из стороны в сторону.

Я ступала рядом со Стасом. Мы двигались по разбитому обломками и засыпанному кусками стен дома асфальту. Ориентиром для нас был тянущийся вперёд бордюр.

Можно было бы рискнуть свернуть, но тогда мы бы наверняка заблудились в беспросветной дымчатой горькой мгле, а нам нужно как можно поскорее покинуть область разрушающегося здания!

Я не сразу обратила внимания, что вьющийся вокруг нас непроницаемый пыльно-черный дым, медленно сменил оттенки на сероватые и песочно-ржавые. Затем повеяло противоестественным теплом.

Я быстро обернулась на ходу и на мгновение застыла на месте. Мое тело, от пяток до шеи, враз сдавило быстро взбирающимся по коже холодом.

Примерно в сотне-другой метров от нас, в медленно расплывающихся грязно-бурых, подсвеченных тучах дыма, ярко и зловеще пламенным светом мерцали очертания разрушенного дома. Теперь было ясно, отчего ночь и дым вокруг резко посветлели.

Разрушенный взрывом дом бурно полыхал от первых до всех частично уцелевших этажей.