Книга Неоновые росчерки, страница 6 – Юлия Поспешная

— Да, — не слишком охотно ответила Вероника. — К сожалению, семейная жизнь Стаса претерпела серьёзные изменения…

— Кстати о семейной жизни, Вероника, — быстро проговорила зам прокурора. — Я слышала в посольстве Канады вам, в который раз, отказали в визе…

— Простите, но причем здесь это? — чуть нахмурив тонкие брови, спросила Вероника.

— Ну, ведь теперь вновь не сможете увидеть своего двухлетнего сына…

Сказав это, заместитель прокурора тут же пожалела об этом, потому что в долгом взгляде синеглазой девушки она увидела тщательно скрываемую болезненную тоску и горькое отчаяние.

— Простите, — поспешила извиниться заместитель. — Я просто, слышала, что ваш гражданский муж не позволяет вам видеться с ребёнком и поэтому…

— Если вы не возражаете, — мягко прервала её Вероника, — я бы хотела говорить только о деле с неоновыми убийцами, а что касается моего сына… с этим я разберусь сама.

— Как скажете, — сконфужено проговорила темноволосая и кивнула. — Рассказывайте… Это дело ведь тоже было незаурядным?

Вероника чуть-чуть шевельнула плечами.

— Только в том, что причиной чужих страданий и гибели людей, стала алчность и ненависть одного человека, которого никто из нас не мог даже близко заподозрить в причастности ко всему происходящему.

БАРМЕН

12 марта, Четверг.

Упаковки для подарков все выглядели как-то слишком пёстро и дешево.

Прохор Мечников с недовольством на лице оглядел предложенные услужливой девушкой-продавцом варианты подарочных упаковок. Ни одна из них ему не нравилась и, в этом он был уверен, не понравится той, ради которой он сегодня уже выложил почти половину своей месячной зарплаты.

— Давайте вот эту, — вздохнув, Прохор указал на боле-менее нейтральную упаковку с блестящими серебристыми птичками.

По крайней мере на ней не было всякой банальной пошлости, вроде крылатых сердечек или обнимающихся плюшевых мишек.

Прохор подал продавщице шкатулку с украшением для Татьяны, которое он выбрал в подарок этой девушке.

Татьяна, по мнению Прохора, стоила того, чтобы ей каждый день дарили не просто украшения, а ювелирные шедевры! И не такие, за двадцать тысяч рублей, а на много дороже, за сотни тысяч долларов! Но пока, с зарплатой бармена не самого престижного бара столицы, он мог предложить ей только эту подвеску и свою искреннюю пылкую любовь.

Прохор многое готов был отдать за то, чтобы Татьяна, Таня, Танечка, эта рыжеволосая восемнадцатилетняя девчонка с восхитительным голосом, была с ним, была его и принадлежала только ему!

Многие друзья Прохора, узнай они о его одержимости этой девушкой, наверное, покрутили бы пальцем у виска. По мнению бесшабашных друзей Прохора, большинство девчонок сегодня едва ли стоили того, чтобы их любили с такой вулканической страстью, с какой Мечников мечтал о Татьяне Белкиной! Парни, с которыми общался Прохор искренне полагали, что процентов девяносто современных девушек меркантильные и эгоистичные стервы, без намека на моральную составляющую души.

Именно поэтому Мечников никому и никогда ничего не говорил о той любви к рыжеволосой красотке, которую бережно хранил до момента истины. Этот момент должен был наступить сегодня.

Сегодня, в этот немного облачный четверг, парень выбрал для признания в любви.

Он не помнил, как добрался до бара «Voyage», в котором он уже почти четыре года работал барменом. Прохор был погружен в мысли о Тане и перебиранием вариантов признания.