Книга Красные нити, страница 193 – Юлия Поспешная

И два лежащих посреди комнаты тела в униформе охраны подтверждали эту теорию.

Арцеулов переступил их, ринулся к окну. Здесь оно не было зарешечено, как в большинстве помещений «Чёрного дельфина». Но оно категорически не открывалось. Поэтому Арцеулов не долго думая высадил его одним сильным броском тяжелого стула, подобранного на полу.

Из-за выстрелов Конева и Староградского писклявый звон рассыпающихся осколков стекла был заглушен в грохоте взаимной пальбы.

Сеня выглянул в окно. Тьма с внутреннего двора дыхнула ему в лицо студеным покусывающим морозом. Сеня опустил взгляд на широкий карниз под окном. По нему вполне можно было пройти. Если бы он ещё не был покрыт льдом и снегом, вообще было бы отлично.

Но выбора было не много. Нужно было торопится. Сеня думал не о себе, а о том, что Солонкин мог добраться до Гольшанского. Нужно было спешить.

Выключив фонарь, чтобы не привлекать лишнее внимание, Арцеулов выбрался наружу, аккуратно ступил на карниз. Ощущение высоты внизу завладело его телом и проникло в сознание.

Словно обрадовавшись его решению зимняя ночь обдала его бурными порывами холодящего ветра. Мороз стелился по коже, покалывал её, оцарапывал и скреб.

Сеня чуть поморщился от пробирающего озноба. Цепляясь пальцами за узкие выемки и расщелины в каменной кладке тюрьмы, передвигаясь боком, он двинулся вперёд по карнизу.

Зимняя зловещая ночь, властвовавшая над «Чёрным дельфином», ликовала, что Арцеулов отважился на риск. В шуме наполненного мертвенным холодом ночного ветра слышались аплодисменты и восторженный маниакальный шепот. Шепот зимней ночи просил Арсения оступиться, поскользнуться, сдаться и упасть в бездонные объятия притаившейся внизу смерти.

Не слушая ветер, аккуратно переставляя ноги, Сеня двигался дальше.

Внизу раздались крики. Опустив взгляд вниз Арсений увидел мельтешащие внизу узкие треугольники света от фонарей, и смутно различимые человеческие фигуры. Затарахтели автоматные очереди, засверкали вспышки выстрелов. В перерывах между выстрелами ночь разрывали яростные крики отборного мата с обоих сторон. Сеня видел, что охранников во дворе прижали к стене, но помочь им он ничем не мог.

Не обращая внимания на звуки внизу, Сеня ринулся дальше. Двигаться необходимо было с величайшей осторожностью. Сеня отлично чувствовал, насколько скользким был промерзший, заледенелый карниз под его подошвами. Один не аккуратный шаг, и он рухнет вниз, на радость торжествующей ночной тьме.

Вверху над Сеней раздался какой-то грохот, лязгнул металл, прозвучал чей-то визг, хохот и переполненный страхом пронзительный крик. Кричавший поперхнулся. Раздались звуки ударов. И через секунду окно, выше этажом, выплеснулось в ночь сотнями сверкающих осколков. Вместе с ними, отчаянно барахтаясь и стараясь ухватиться за воздух, вылетел какой-то человек.

Его долгий беспомощный крик огласил территорию тюрьмы, и оборвался внизу.

Ошарашенный Арцеулов замер, в ступоре, глядя вниз. Его левая нога поехала вперёд. Сеня глухо выругался. Страх подхватил его, обволок, сжал и потянул вниз к гибели. Арцеулов чудом удержался, успев схватиться за внешнюю решетку на ближайшем окне.

На несколько мгновений он повис на одной руке, над бездонным мраком. Страх близкой гибели пробрался в его мозг, заставил тело оцепенеть. Давно Арцеулов не был так близок к смерти, как сейчас. Давно он так явно не ощущал её дыхание на своей коже, и её шепот в дуновениях ночного ветра.