Книга Красные нити, страница 89 – Юлия Поспешная

Корнилов сделал пару шагов, и снова остановился. Обвел комнату внимательным взглядом.

Цепкие серебряные глаза начальника особой оперативно-следственной группы пристально вглядывались в каждую деталь сцены.

За столом сидят четыре трупа, но в пепельнице только два окурка, а рядом стоит только один бокал с недопитым коньяком. На середине стола папка с документами и фотографиями. Кровь из разрубленных шей рваными багровыми плащами покрывала одежду убитых, и созвездиями темных брызг застыла на стенах с дорогими обоями и оригинальным декором. На светло-кремовом ковре едва заметны, но все же различимы темные влажные и грязные следы. Такие же следы были и за спинкой кресла, в котором сидел один из трупов. Ковёр под этим креслом был немного смят.

Взгляд Стаса скользнул дальше, задержался на большой флипчарт доске, что почти полностью закрывала собой одну из стен. Корнилов приблизился к ней. Часть её поверхности была покрыта сильно смазанными, и почти стертыми следами от маркерных рисунков. Остальная площадь доски оставалась почти идеально чистой. Корнилов подошел к телам. Чуть поморщившись, наклонился в низ, и придирчиво осмотрел кровавую мякоть внутри обрубков шей. Стас протянул к ближайшему трупу руку в нитриловой перчатке, и аккуратно, едва касаясь, провел безымянным пальцем по краю разрубленной шеи убитого. Тоже самое он сделала с другими телами.

— Ну, надо же… — ворчливо проговорила Стас. — Какая точность… чёрт бы тебя побрал.

Стас присел на корточки осмотрел ноги и туловища убитых.

Затем Корнилов уделил внимание обугленным пальцам и кистям. У всех четверых они были покрыты толстым слоем гари и сожженной, потрескавшейся плоти. От них всё ещё исходил ужасающий тошнотворный запах. Хотя Стасу это было до свечки. Он успел навидаться вещей и похуже. А вот, что его не порадовало так это то, что руки у убитых явно были сожжены до обезглавливания. Пытка перед казнью. Пытка ради признания вины. Как всё символично. Кто-то искренне убежден, что вот так уродливо и кошмарно выглядит торжество справедливости. И не удовлетворенная месть.

— Коля, Яша! — позвал он.

В комнату вошли Домбровский и Щербаков. Николай по своему обыкновению был облачен в один из своих бесконечных идеальных костюмов, бразилинового цвета. А Ящер, с всклокоченными волосами, был в растянутом полосатом свитере, и потёртых чёрных джинсах.

— Успел сделать какие-то новые выводы, Стас? — спросил Щербаков.

— Да. — глядя на мертвецов, ответил Стас. — Убийца прошёл по комнате, оставляя влажные следы на ковре. Конечно же, разуваться он не стал.

Корнилов положил руки на спинку кресла, в котом сидело одно из мёртвых тел.

— Вот с этим они были знакомы. Более того, бедолага доверял убийце. Настолько… — Стас опустил взгляд себе под ноги. — Что не задумываясь позволил ему встать у себя за спиной.

— А остальные трое в это время, мирно наблюдали за происходящим? — непонимающе спросил Коля.

— Остальных здесь, в тот момент, не было, Коль, — ответил Стас, и указал на стол. — Один бокал с коньяком, пепельница с двумя окурками. Плюс ко всему, у троих других сзади слегка выправлены рубашки, а брючины снизу в мелкой пыли и ворсе с ковра. Их сюда притащили волоком. По очереди.

— Чтобы затем по одному казнить? — брови Коли выразительно выгнулись.