Книга Монохромный человек, страница 324 – Юлия Поспешная

Мирон пошатнулся, отступил. Пахоменко занес руку для удара.

-Су**ныш!-выругался он.-Да я же тебя размажу!!!

Мирон качнулся вперёд, увернулся от удара.

Тяжелый ключ 50х55 с гулком рассек воздух.

Мирон взмахнул битой и опустил её на правую руку Пахоменко.

Я услышала короткий, мерзкий хруст. И крик Пахоменко.

Он кричал продолжительно, долго, не скрывая неистовой боли в голосе.

А Мирон беспощадно ударил его по ногам. Пахоменко упал. Снова вскричал. Мирон, с гримасой злости на лице, с силой замахнулся.

Я сидя на коленях, прижала руки ко рту, а вдруг закричала:

-Стой! Стой!.. Не надо!...

Мирон замер, удивленно уставился на меня.

Я поднялась на дрожащих ногах. Поспешила натянуть шорты обратно.

Меня сотрясал озноб, как от сильной температуры.

Страх и ужас ворочались и извивались внутри.

В глазах теплели слезы и потому, из-за мокрых ресниц у меня слегка туманился взор.

-Не надо.-попросила я Мирона.-Пожалуйста…

-Ника они же хотели!..-со злостью и остервенением произнес Мирон.

-Я знаю.-я осторожно подошла к нему.

Ерохин и Пахоменко все еще корчились на полу от боли.

-Но они уже получили… Им хватит. Правда, Мирон. Пусть уходят…

Он, скривившись, ошарашенно смотрел на меня. Затем опустил биту. Я видела, как ему страшно хочется продолжить. Ему хочется избивать их дальше. Я видела, что он и убить их готов.

И это меня пугало.

-Слышали?!-прорычал он стоя над Пахоменко и Ерохиным.-А ну уползли отсюда! Считаю до пяти и ментов вызову!

Считать пришлось бы дольше, если бы Мирон и вправду начал.

Потому, как за пять секунд стонущие от боли и пошатывающиеся Пахоменко с Ерохиным уйти просто не смогли.

Мирон, сложив биту на плечо, точно меч, некоторое время смотрел им в след.

-Зря мы их отпустили.-резюмировал парень, подходя ко мне.

Я подняла на него взор.

Он стоял передо мной и тяжело, яростно дышал после драки. Ярость ещё не выветрилась из него. Раскаленное свирепостью дыхание срывалось с его губ. Грудь вздымалась при вздохе, правая рука сжимала рукоять биты так, что бледнели костяшки пальцев.

А вот взгляд был опечаленным и внимательным.

Я обратила внимание на биту в его руке. Это была бита из моей комнаты.

И сейчас в ней, точно приоткрытая пасть, темнела глубокая трещина.

Мирон перехватил мой взгляд.

-Ой… Прости.-виновато произнес он.-Я видимо… увлекся… Тут он взглянул на меня и приблизился.

Я молча смотрела ему в глаза. Я сама не знала, чего жду.

А он похоже не знал, что сказать. Но все же проговорил с трудом:

-Как ты?

Я хотела, что-то ответить, но вместо этого зажмурилась и тихо, горько разрыдалась.

Мирон быстро метнулся ко мне. Нежно прижал к груди, обнял левой рукой и ласково, с любовью провел правой ладонью по волосам.

-Всё хорошо.-утешающе прошептал он над моей головой.-Все хорошо… моя маленькая... Не плачь… Твои слёзы слишком дорого стоят для меня, моя… принцесса.

Он чуть усмехнулся и добавил серьезно, с решимостью в голосе:

-Я рядом. Я с тобой… И я на хрен покалечу любого, кто сделает тебе больно или заставит плакать!

Я уткнулась ему в грудь, продолжая тихо плакать.

От пережитого кошмара. От счастья, что это закончилось. От осознания, что он рядом.

***

-Не уходи.-попросила я.

Мирон уже собравшийся выйти из моей комнаты, удивленно уставился на меня. Затем посмотрел в окно.