Книга Обнаженные розы, страница 156 – Юлия Поспешная

А сам Корнилов, оставшись в своей машине, взялся изучать блокнот и фотоальбом.

Он припарковался неподалеку от ресторана быстрого питания и принялся изучать снимки и содержимое блокнотов.

На фотографиях большей частью была семья Хазиных, их родственники и друзья.

В органайзере, в старом, потёртом кожаном переплете.

Когда это такие штуки были очень модными и говорили о солидности. Когда-то.

Стас перелистал его. Из страницы неожиданно выпала фотография.

Она упала на пол салона.

Стас наклонился, поднял её, встряхнул от пыли.

Снимок был изрядно помят. Такое впечатление, что кто-то в ярости сначала смял его, скомкал и выбросил.

Но потом передумал, разгладил и сложил обратно.

На выцветшей фотографии были трое.

Сам Викентий, он был пухлым, усатым мужчиной с глуповатым взглядом.

Возле него мальчишка с темно русыми волосами.

Взгляд у мальчишки был не добрый. Недовольный. Агрессивный.

И его заостренное лицо, вместе с тонкими, сжатыми в линию губами, только усугубляли ощущение враждебности.

А рядом с Хазиными стоял мужчина в кожаной куртке, джинсах и слегка грязных ботинках.

Стас присмотрелся к его голубой рубашке, светлеющей из-под чёрной кожаной куртки.

Справа отчетливо виднелся фрагмент ремня. И это был ремень от кобуры.

Полицейский?

Викентий Хазин дружил с полицейским. Ну, или с кем-то, кто имел право носить оружие.

Стас отвел в сторону задумчивый взгляд.

Хазины развелись из-за постоянных скандалов. Их сын, Демид, остался с матерью.

Через пару месяцев после развода, Мария была убита.

«...Он больше не называет его отцом...»

Стас вспомнил слова Глафиры, которая та, в свою очередь слышала от Викентия Хазина.

Мог ли лучший друг забрать ребенка своего друга к себе? Особенно... Особенно когда тот только, что потерял свою мать.

Мог. Стас грустно усмехнулся.

Особенно если лучший друг был влюблен в Марию.

Стас взял из семейного альбома Хазиных одну из фотографий.

М-да, в Марию можно было влюбится. Даже очень.

Стройная, с красивым лицом и правильными чертами. Она носила буйные тёмно-русые локоны и обладала потрясающими ясно-голубыми глазами.

Эта красотка могла бы многого добиться в жизни. Вместо же этого она предпочла гулять и спать с состоятельными мужчинами за определенное вознаграждение.

Стас снова посмотрел на снимок с Хазиным и его сыном, и стоящим рядом другом.

Полицейский, этот светловолосый мужчина с харизмой во взгляде и уверенной осанкой, явно мог заинтересоваться Марией.

Возможно даже... Он в принципе мог бы быть отцом Демида.

Ведь о биологическом отце Демида никакой информации нет.

Известно только, что он встретил тогда ещё тринадцатилетнюю оторву Марию (в девичестве Лыкова), и вместе они зачали ребенка.

Но, что если этот улыбающийся мужчина и есть настоящий отец Демида? Что ему мешало найти Машу и возобновить их отношения, тайком от Викентия?

Эту версию надо проверить. Нужно узнать, как зовут этого полицейского (или кто он там).

Очень странно, кстати, что его нет ни на одной семейной фотографии.

Стас ещё раз перелистал альбомы. Затем взглянул на смятый снимок, и снова на альбомы.

Эти семейные альбомы были у Хазина, после гибели Марии.

Сейчас в них есть пустые страницы и...

Стас ещё раз, более придирчиво оглядел мятую фотографию.

Он уделил внимание выражению лиц Викентия и этого полицейского.