Книга Обнаженные розы, страница 158 – Юлия Поспешная

Розами. Сотни роз! Они были повсюду.

Самые разные. Великое разнообразие сортов!

Я увидела кровать, застеленную цветастым покрывалом.

Я запомнила стол, захламленный банками, грязными тарелкам и скомканными салфетками.

Ещё я видела ванную. Ту самую, из которой, в моем видении он достал Яну Долгобродову.

Видение было четким. Ясным. Запоминающимся.

Но самое главное я увидела его окно. Одного из его окон.

Я увидела вид из окна. Я запомнила его. И узнала.

Здание, улицы, прохожие. Я запомнила несколько значимых элементов.

А так же почему-то в моем сознании прочно сохранился образ улыбающегося ковбоя в белой шляпе и с красным платком на шее.

Что примечательно ковбой был нарисованным.

Точно так же, в мою память глубоко проник странный образ, черно-бело-рыжего кота.

Он сидел у окна и внимательно следил за прохожими внизу.

Взгляд у животного был угрюмый и презрительный.

Я отлично запомнила последние три эпизода и эти три элемента.

Вид из кона. Нарисованный ковбой. И этот кот на окне.

Они снились мне до того самого момента, как меня разбудил дикий звон бьющихся об пол медицинских биксов.

Я порывисто, обеспокоенно подхватилась на кровати, быстро оглянулась.

В палате было светло. Из окон проливался миролюбивый солнечный свет.

На лице стояла жизнерадостная погода.

Я откинула одеяло. Снова осторожно опустила ноги на пол.

Просунула в выданные мне тапки забинтованные ноги. Это было нелегко.

Когда я ковыляющей походкой вышла в коридор, сидевший у дверей в мою палату полицейский отвлекся от игры на телефоне.

-Тебе нельзя ходить!

-Кроме тех случаев, когда у меня нет выбора.-вздохнув, ответила я.

-Слушай, девочка, у тебя травмированы ноги, и я слышал, что тебе даже наступать на них нельзя.

-Господин полицейский, у меня есть необходимость, которую я никак не могу игнорировать.-произнесла я не скрывая намёка в голосе и взгляде.

До не него дошло. Он не уверенно оглянулся.

Женский туалет был в самом конце-коридора.

-Слушай... давай это...-он подошел ко мне.-Давай я тебя отнесу. Ладно?

-Хорошо, но только до двери.-предупредила я.-Внутри я сама справлюсь.

-Как скажешь.-он пожал плечами.

Переборов неловкость я взяла его за шею. Он поднял меня на руки и понёс.

От него приятно пахло мужским дезиком и чем-то ещё. Наверное, кремом для бритья.

Я ухмыльнулась себе под нос.

Чтобы меня наконец мужчины (кроме Стаса) начали носить на руках, мне нужно было попасть в больницу с изрезанными в мясо ногами.

Круто.

Когда он принес меня обратно, одна из медсестёр как раз поставила на прикроватную тумбу пластиковый поднос с завтраком.

Я перекусила и взялась за блокнот. Я выпросила его у медперсонала. А так же ручку.

Я любила рисовать ручкой. Не карандашом, а именно ручкой. Простой, шариковой ручкой. Желательно чёрной.

Я старательно изображала на листе бумаги все виденное и запомнившееся в последнем воспоминании.

Рисованного ковбоя пришлось перерисовывать. Он не сразу у меня получился таким, каким был в видении.

Когда я уже заканчивала рисовать, дверь в палату открылась, и медсестра с каштановыми кучеряшками сообщила:

-Лазовская, к тебе посетитель.

Я обрадовалась, решив, что это Стас.

Но вошедший в палату мужчина был не Корнилов.

Это был среднего роста, но всё ещё крепко сложенный мужчина.

У него были короткие седые волосы, поблескивающие очки с узкими линзами и испытующий, ледяной, не добрый взгляд.