Книга Неверные. Долгий путь к любви, страница 47 – Татьяна Никольская

Я отправляю формальное письмо-согласие в приёмную председателя. Коротко, сухо, по делу. В конце, после подписи, добавляю одну строчку: «Благодарю за доверие. Тем более неожиданное».

Пусть поломает голову, что это значит. То ли сарказм, то ли искренность. Мне плевать.

А вот дальше начинается то, чего я не ожидала, хотя должна была. В банке, как в болоте, всегда есть пузырьки грязи, которые поднимаются на поверхность при любом движении. Слухи.

Они не прямые. Не «Корнеева и Горский». Они осторожные, обтекаемые, как ядовитый туман. В столовой, у кулера, в курилке.

«Слышала, новый председатель терпеть не может подхалимов, но очень ценит острый ум и смелость… особенно в некоторых сотрудницах».

«Да, я тоже заметил, что Северо-Восточный филиал после его визита получил дополнительное финансирование на цифровизацию… Странное совпадение, да?»

«Говорят, он лично отбирает участников для внешних мероприятий. Очень… избирательно подходит».

Я ловлю на себе взгляды. Заинтересованные, завистливые, оценивающие.

Самым откровенным оказывается Анатолий Борисович, директор по рознице. Он «случайно» заходит ко мне в кабинет под предлогом обсуждения кросс-филиального проекта и, уходя, бросает с жирной, самодовольной улыбкой:

— Ну что, Людмила Константиновна, поздравляю, значит, с повышением внимания со стороны нашего нового председателя. Держитесь там, наверху. Только смотрите, не обожгитесь. Он, говорят, раскалённый докрасна.

Я смотрю на него, не меняя выражения лица.

— Спасибо за заботу, Анатолий Борисович. А вы лучше за своими показателями по просрочке следите. Они у вас, я смотрю, тоже «раскалённые». До тёмно-бордового.

Его улыбка сползает с лица, как масло со сковородки. Он что-то бурчит и ретируется. Победа микроскопическая, но сладкая.

Вечером я еду в бутик, куда захаживаю раз в пятилетку. Мне нужно платье. Но не деловое, не строгое. И не вечернее, не открытое. Мне нужно оружие. Доспехи нового типа. Я выбираю модель простого кроя, тёмно-изумрудного цвета, который переливается, как крыло жука. Оно сидит безупречно, подчёркивая не грудь и не бёдра, а линию плеч, прямую спину, ощущение собственной неуязвимости. Оно говорит: «Смотри, но не трогай. Восхищайся, но держись на расстоянии». К нему — лодочки на таком каблуке, на котором можно не только стоять, но и при необходимости проткнуть череп насквозь.

День форума. Зал отеля «Президент-Отель» полон людей в дорогих костюмах и самодовольных улыбках. Воздух густой от смеси парфюма, амбиций и пустых речей. Я чувствую себя как исследователь на враждебной планете. Моя территория — логика, цифры, действия. Их территория — риторика, связи, видимость.

Я замечаю Горского почти сразу. Он в центре небольшой группы, но не растворяется в ней. Он — точка притяжения. Его слушают, кивают. Он говорит что-то, не улыбаясь, и все вокруг смеются.

Он замечает мой вход. Его взгляд скользит по мне, быстрый, как луч радара, и на секунду задерживается на платье. В его глазах мелькает нечто — не похотливое, а оценивающее. Как коллекционер, увидевший редкий экземпляр. Он едва заметно кивает в мою сторону, затем возвращается к разговору.

На панельной дискуссии я говорю. Говорю то, что думаю. О том, что «человеческий фактор» — не священная корова, а источник 80 % ошибок, и ИИ нужен не для того, чтобы заменить людей, а для того, чтобы лишить их права на тупую, рутинную ошибку. О том, что клиенту не нужен «друг в лице банка», ему нужен безотказный инструмент. Мои слова режут общую сладковатую атмосферу, как нож масло. В зале возникает тишина, потом — сдержанный гул. Я вижу, как некоторые ожесточённо конспектируют, как другие смотрят на меня с неприкрытой неприязнью. Мне плевать.