Книга Ангел с разбитыми крыльями, страница 79 – Янина Логвин

К синьоре Белуччи вернулась на лицо улыбка, и она ещё раз поблагодарила меня. После чего продолжила рассказ о поездке в Рим, из которого я уже ничего не слышала…

Кулон. Безделица.

Кто сейчас вообще смотрит телевидение?

Кто заметит мелькнувшее на экране украшение, пусть и оригинального дизайна? А тем более свяжет его с ювелиром Сантой Греко?

Нет, я снова себя накручиваю. Боюсь невозможного.

Вряд ли кто-то из моего прошлого, даже случайно включив такой большой телеканал, как RAI, где ежедневно мелькают тысячи лиц, обратил внимание на пожилую синьору из Бергамо.

Особенно на то, о чём она говорила.

Это так же маловероятно, как… Как шанс того, что именно мой кулон она предпочтет драгоценностям для поездки в Рим.

Я пошатнулась, и Габриэль, который всё это время был молчаливым и как-то странно на меня смотрел, всполошился, поддержав рукой под спину.

— Анна, с тобой все хорошо? Какая-то ты сама не своя сегодня.

Я из последних сил улыбнулась парню.

— Да, всё хорошо, Габи. Просто сложные дни на работе, я плохо спала и очень устала, пока вела машину из Милана. Я лучше пойду домой. Хорошего вечера!

Попрощавшись с компанией, взяла Вишенку за руку, спустилась с террасы и вошла в подъезд. Молча поднялась с дочерью на второй этаж и не сразу поняла, что остановилась и стою перед дверью, не спеша входить.

Мои мысли были сейчас не здесь, и даже не в этой части Италии. И это был крайне плохой знак.

— Анна, погоди! Ты забыла!

Следом за нами на квартирную площадку взбежал Габриэль и передал мне в руки сумку, которую я забыла на террасе, взяв вместо неё рюкзак Марии.

— Держи, а то домой не попадете!

Мне показалось, что парень замешкался, когда я повернулась к нему, словно хотел о чём-то спросить. Но передумал. Вместо этого сунул руку в карман джинсов, а другой почесал кудрявую шевелюру.

И всё же окликнул негромко, когда я открыла ключом замок и впустила дочь в квартиру.

— Анна?

— Что, Габи?

Я обернулась. Сосед грустно на меня смотрел.

— Ничего. Просто, если тебе что-то понадобится, даже ночью… я вот здесь живу, — он показал большим пальцем за спину. — Ну и мой номер телефона у тебя есть. И ещё.…

— Да?

Габриэль сделал неловкое движение рукой по направлению к своей шее.

— У тебя волосы отросли.… рыжие. Вот здесь прядь.

Я молча отвернулась, вошла в квартиру и захлопнула перед парнем дверь. Простояв минуту, стащила с головы парик, привалилась к стене спиной и закрыла лицо руками.

Стены моей крепости рушились на глазах, и я не знала, как это остановить.

— Мамочка? Мам! — Мария тоже прижалась ко мне. Обняла ручками за бедра. — Не плачь! Мы уедем отсюда, и нас никто не найдет!

— Да, мое золотце. Уедем. — Я должна была дать ей надежду, и погладила дочь по отросшим волосам. — Никто.

Надо будет их подстричь и покрасить. И выбелить себе волосы, чтобы кардинально изменить внешность. Именно на такой случай я и оставляла их длинными.

Но уже не здесь, не в этой квартире.

А прежде надо найти новое жилье. Сложить вещи. Выбросить всё, что успели накопить в Бергамо, и от чего теперь придется отказаться.

Надо придумать, как прожить несколько месяцев без документов, прежде чем я снова смогу воспользоваться чёрным париком и паспортом Анны Риччи. Надо успеть исчезнуть прежде, чем страх и сомнения, что я ошиблась, что не было причины бежать из Бергамо, окончательно не разрушат меня.