Книга Сокол и Чиж, страница 119 – Янина Логвин

Я все-таки обернулась, смущенная собственной откровенностью — Сокол смотрел перед собой. Это не было прямым вопросом, и я не ждала ответа. Слова удивления сами вырвались из груди на одном дыхании, но парень не промолчал.

— Я не смогу тебе ответить, Чиж.

Что ж, надо признать — сказал честно. В конце концов, мы учились в одном университете, и я знала, сколько девчонок хотели быть с ним. А, возможно, были. Я сама минуту назад слышала звонок одной из них и сама засматривалась на него издалека из девичьего любопытства, как на парня, которого не заметить невозможно.

— Да, — вынужденно согласилась, — ты не сможешь.

— Не поэтому, — Артем догадался, о чем я подумала, и крепче сжал руль. Я обратила внимание на сбитые в драке костяшки пальцев и на крепкие запястья. Даже в таком простом движении он оставался собой.

— Тогда почему? — решилась в свою очередь спросить.

— Не думаю, Чиж, что я когда-то любил.

Вот это признание. Исчерпывающе, да так, что я не нашлась, что сказать. Сокол сказал сам.

— Но полагаю, что нет. Мой отец очень долгое время был один, когда уходила и возвращалась мать. Я хорошо помню наше с ним одиночество. Иногда мне кажется, что он никого не любил так, как Алису. Мы всегда ее ждали, пока однажды не поняли, что не нужны. Прошло время, и он смог жить дальше. И ты сможешь, Чиж.

Я во все глаза смотрела на парня, которого еще недавно не знала. Неужели это тот Сокольский, самоуверенный и самовлюбленный тип, который думал, что я пробралась в его квартиру хитростью и которого я так опрометчиво пугала Барабашкой?

— Я уже живу, Артем.

— Я знаю, Чиж. — Он улыбнулся, и я внезапно почувствовала, что он не отпустил бы мои глаза, если бы не дорога. Если бы не дорога, я бы сейчас и сама смотрела в его.

Мне понадобились несколько минут молчания, чтобы признаться:

— Знаешь, никогда бы не подумала, что скажу это, но… Кажется, я рада, что однажды у Лешки оказались ключи от незнакомой квартиры, и я попала в твой дом. Если бы этого не случилось, я бы никогда не узнала какой ты.

Сокол сжал губы, и я не сразу поняла, что машина остановилась, а мы смотрим друг на друга.

— Какой, Чиж?

«Не знаю», — хотелось ответить. Серые радужки манили, но слова не удавалось подобрать. Артем снова первым нарушил молчание. Сказал без тени улыбки, задумчиво и слишком серьезно, чтобы в это нельзя было поверить.

— Я тоже рад, что это оказалась ты.

Что происходит? Вот прямо сейчас? Что происходит с нами? Такое чувство, что все вокруг вдруг превратилось в одну неясную тень и сдвинулось куда-то на периферию внимания. Предметы, машина, да и сам день словно провалились в другую реальность, окутались дымкой, оставив нас одних. Серые глаза не отпускали, вбирали в себя, разжигая в груди полыхающие искорки. Я почувствовала, как тянусь к ним и моргнула, разрывая контакт. Отвернулась к окну, тяжело дыша.

— Извини, Артем. По-моему, я говорю что-то не то.

Сокол вышел из машины и хлопнул дверцей. Обойдя «Тойоту», открыл дверь с моей стороны и помог мне выйти из автомобиля. Отобрав сумку, закинул ее на заднее сидение.

— Телефон? — требовательно протянул ладонь.

— Вот, — я послушно вложила в нее гаджет. Проследила растерянно, как он исчез в бардачке вместе с айфоном Сокола.

— Пусть здесь полежат, отвлекают, — объяснил свои действия парень, ставя автомобиль на сигнализацию.