Книга Измена. Ты выжгла мне душу, страница 36 – Мария Мендес

Давид начинает шевелиться, и я понимаю, что он просыпается.

— Доброе утро, солнышко… — шепчу я, когда он издаёт первый тихий писк. — Сегодня у нас с тобой важный день.

Я аккуратно перекладываю его, усаживаюсь поудобнее, и он сразу находит грудь. Его крохотные пальчики цепляются за мою пижаму, глаза ещё закрыты, но губы уверенно двигаются.

Я замираю, глядя на него с каким-то священным трепетом.

— Сегодня ты познакомишься с папой, — выдыхаю я почти шёпотом, поглаживая его по мягким волосикам. — Он даже не подозревает, какой ты чудесный. Самый лучший мальчик на свете...

Когда он насытился и снова задремал у меня на руках, я аккуратно выскальзываю из кровати, укладываю его в колыбель и на цыпочках выхожу из спальни. Направляюсь на кухню, откуда уже доносится мамина возня. Как всегда, она встала раньше меня и занята приготовлением завтрака.

Мама стоит у плиты, спиной ко мне, что-то помешивает в сковородке. Я подхожу ближе, прикусываю губу, собираясь с духом. Надо ей всё рассказать, пока Руслан не явился. Услышав мои шаги, она оборачивается.

— Доброе утро, дочка! Проходи, присаживайся, я как раз готовлю омлет, позавтракаем вместе. — Улыбается и кивает на стул.

Я вздыхаю и сажусь за стол.

— Доброе! Мам… — голос звучит тише, чем я хотела. — Мама, Руслан узнал про сына.

Она замирает на мгновение, а после ставит сковородку на выключенную конфорку и только потом смотрит на меня.

— Ты ему сама рассказала? Или…

— Почти. Он сам догадался. Я… — я запинаюсь, подбираю слова. — Он вчера приезжал. Был пьян и ещё он злился, расспрашивал про Назара. Потом он меня увёз к себе и …

— И?

— И он увидел мои растяжки на животе. Прижал меня и я вынуждена была всё рассказать.

— Ох…

Она медленно опускается на табурет напротив, прижимает ладонь к груди и с явным волнением смотрит на меня. Её взгляд скользит по мне сверху вниз, будто проверяет — всё ли со мной в порядке, не оставил ли Руслан после себя следов агрессии. И по выражению её лица несложно догадаться, какие тревожные мысли уже начали роиться у неё в голове. Поэтому спешу её успокоить.

— Мам, всё нормально. Ничего он не сделал. — Она сжимает губы, кивает.

— И что? Как отреагировал?

— Бурно, — честно отвечаю. — Сначала сорвался. Орал так, что я реально подумала, что у него вот-вот просто крышу снесёт. Потом кулаком в стену с такой силой ударил, что я вскрикнула от страха. Я думала, что он разнесёт всё к чертям, или просто убьёт меня. Но потом… Я сказала, что мне надо домой к ребёнку и ему нужно покормиться. После этих слов у него будто что-то щёлкнуло в голове, вдруг остановился. Помолчал, тяжело дышал, его штормило от эмоций… Он еле сдерживал себя, чтобы не придушить меня. Я это чувствовала, хоть он и не трогал меня. А потом всё же выдохнул и привёз меня домой. Но предупредил, что приедет утром к сыну. Он хочет его увидеть.

Мама молчит. Просто сидит, задумчиво глядя в окно. Потом встаёт, берёт чашку и делает медленный глоток кофе.

— Что ж, как бы там ни было, я рада, что у Давида теперь будет отец. Руслан имеет право злиться — тут уж придётся потерпеть, доченька. А раз он собирается прийти, нужно подготовиться.

Я киваю, сжимаю ладони на коленях. И в этот момент раздаётся звонок в дверь. Мы обе замираем, как будто сама жизнь нажала на паузу.