Книга Рождество по чужому рецепту, страница 18 – Синди Лу

— Вот это моя девочка! — сказал он уже веселее, а потом отстранился. — Иди мыть руки, у нас впереди куча работы!

На негнущихся ногах я подошла к раковине и включила горячую воду. Пообещать войну Хансенам — старая традиция нашей семьи. Но почему тогда у меня такое чувство, что я предала сразу и отца, и Итана?

Сквозь маленькое окно над мойкой я заметила, как к «Фьорду» подъехал чёрный внедорожник. Итан вышел из машины, и на его лице снова застыла привычная маска. Словно почувствовав мой взгляд, он резко повернул голову и посмотрел прямо в окно нашей кухни.

Ладони обожгло. Я вскрикнула, только сейчас осознав, что всё это время держала руки под горячей водой. Из раковины валил густой пар, кожа покраснела, но, к счастью, осталась целой.

Выдохнув, я перекрыла кран. Эта резкая, понятная боль принесла почти облегчение — она, пусть и ненадолго, заглушила то, что сжигало меня изнутри.

Я снова опаздывала в художественный класс, но, несмотря на это, замерла перед дверью, не решаясь войти.

С той самой ночевки с Итаном прошло два дня, и всё это время я успешно его избегала. С общих уроков я уходила, прежде чем он успевал заговорить, а после школы готовилась к конкурсу, почти не вылезая из ресторана. Даже к окнам старалась не приближаться, чтобы случайно его не увидеть.

Глубоко вдохнув, я толкнула дверь, надеясь спрятаться в дальнем уголке класса, но Итан сразу же меня заметил и махнул рукой.

Он уже сидел рядом с моим мольбертом, вежливо уступив мне место, которое нагло занял в прошлый раз. Стиснув зубы, я спросила себя — не будет ли странно просто пройти мимо и сделать вид, что я его не увидела?

Но момент был упущен. Казалось, все в классе уставились на меня, понимая, насколько отчаянно я пытаюсь игнорировать Итана.

— Привет, Хлоя, — тихо произнёс он, когда я проходила рядом с ним.

Клянусь, я собиралась уйти в дальний угол, но вместо этого, не поднимая глаз, промычала что-то и опустилась на своё привычное место.

Чувствуя на себе его взгляд, я достала скетчбук и принялась копаться в огромной сумке, пытаясь нащупать краски.

— Ты… — он запнулся, казалось, ожидая от меня хоть какой-то реакции. — Ты открывала папку? Ту, что я вернул?

— Нет.

— Ты её выбросила?

— Нет. А что?

Я подняла на него взгляд, пытаясь понять, чего он от меня хочет. Итан выглядел подавленным — совсем не таким уверенным, как в то утро, когда я проснулась у него на груди.

— Ничего. Может, туда всё-таки стоит заглянуть… некоторые рисунки удалось спасти.

— Ладно.

К счастью, в этот момент зашёл мистер Грейвс, избавив меня от необходимости продолжать разговор.

Сам урок прошёл как в тумане. Я механически водила карандашом по бумаге, даже не вникая в то, что говорил учитель. В голове крутились обрывки рассказов отца, образы «нового» Итана, с которым мы, кажется, перестали ненавидеть друг друга. А ещё я изо всех сил старалась не думать о том, что он сидит меньше чем в полуметре от меня, и о том, насколько тёплым бывает его взгляд.

— Моретти, Хансен, — лениво протянул мистер Грейвс, когда уже прозвенел звонок и класс начал собираться. — Задержитесь на минуту.

Мы с Итаном переглянулись, и я подумала, что это просто насмешка судьбы. Вселенная словно специально сталкивала меня с тем, от кого я старалась держаться подальше. И я сейчас не про Грейвса. Тот вообще сидел, закинув ноги на стол, и листал какой-то журнал.