Книга Пропавшая истинная, страница 63 – Лана Нежная

— Егор? — Катя подходит ко мне. Я вскакиваю, обнимаю её.

— Всё хорошо, Катюш, — шепчу я ей в волосы. — Просто ты особенная. Не такая, как все.

— М-да… особенная… — Матвей поднимается, его лицо мрачнеет. — Нужно искать того, кто это с тобой сделал, активнее. Этот камень… он не просто блокировал волчицу. Он что-то с тобой сделал.

Все сидят в растерянности. Вопрос с запахом открыт. Волки Марка и Милы внутри них всё ещё беснуются.

— Её запах другой, Альфа, — высказываю я мысль, которая не даёт мне покоя. — Она не пахнет черешней. Это не она. Они чуют кого-то другого.

— А кого тогда? Вас двое… — Матвей смотрит на нас.

Марина медленно поворачивает голову. Её взгляд падает на живот Кати.

— Матвей… может… — тихо начинает она.

— Сколько вы вместе? Как пара? — резко спрашивает Альфа, глядя на меня.

— Две недели, — отвечаю я честно.

— Этого не может быть… Не так быстро…

— Давай проверим, — Марина встаёт. — Я попрошу Машеньку, она сделает УЗИ.

— Что?! — не выдерживаю я, чувствуя, как земля уходит из-под ног. — Что вы хотите проверять?!

— Марина думает, что Катя беременна, — Матвей говорит медленно, подбирая слова. — Если там двойня… Это объяснит поведение Марка и Милы. Это могут быть их пары. Их запах они чуют.

— Но… — я даже не знаю, что сказать, мой мозг буксует. — Даже метки ещё нет, Альфа…

— Я знаю, Егор. Но ты сам видишь, она необычная.

— Егор, Матвей, объясните, пожалуйста, я не понимаю, — просит Катя, глядя на нас расширенными глазами.

— Дети в парах оборотней — это большое счастье, — начинает Матвей. — Но приходят они не сразу. Иногда пара ждёт двадцать, тридцать лет. Мы своих ждали почти сорок. И у пар, которые создают одиночки, без меток, детей не бывает. Никогда. Биология не позволяет.

— Но Катя не обычная, — тихо добавляет Марина. — Если камень изменил её…

Катя молчит. Она смотрит на свой живот, потом на меня. В её глазах нет страха. Только спокойное. — Давайте проверим, — говорит она тихо, но твёрдо. — Марина, мы же можем это сделать сейчас?

Я смотрю на неё и чувствую, как внутри меня Волк начинает метаться. От нетерпения и какого-то абсолютного, всепоглощающего счастья.

Катя

То, что происходило в гостиной Альфы, вызывало шок и недоумение ещё большее, чем сцена с воющими волками во дворе.

В воздухе висел густой, липкий запах растерянности и первобытного ужаса. Милана сидела на диване, обхватив голову руками. Для неё, выросшей в стае, чувствовать запах своей истинной пары в другой женщине — это было не просто странно, это было противоестественно, биологический абсурд. Марк всё ещё был напряжён, его челюсти были сжаты, но после моего прикосновения агрессия из него ушла, уступив место глубокому смятению.

Но больше всего меня удивило, что Матвей — незыблемый Альфа, человек, который одним рыком мог уложить десяток взрослых самцов, — был выбит из колеи. Он смотрел на меня так, словно я была ходячим артефактом, нарушающим законы физики.

А потом Марина озвучила предположение о беременности.

И меня это ни капли не напугало. Ни капельки. Внутри меня развернулся тёплый, огромный цветок радости. Я хочу детей от Егора. И не одного. Я хочу много. Троих, не меньше. А может, даже четверых, чтобы они толпой бегали по нашему двору. Но, оказалось, у оборотней дети — это совсем не просто. Их ждут. Долго. Иногда десятилетиями, как пару. Даже одному ребёнку рады безгранично, а я тут, в своей человеческой наивности, размечталась о четверых.