Книга Невеста уральского ведьмака, страница 72 – Виктория Крафт

— Не с войной мы к тебе пришли, Великий Полоз, — ласково, нараспев проговорила Аглая, склоняясь в глубоком, уважительном поклоне. — С поклоном пришли, с добрым гостинцем. Знаем твою силу, почитаем твою власть над зем Джными тайниками. Не гневайся на нас, смертных.

Она поспешно полезла в холщовый мешок и достала то последнее, что у них оставалось от домашних сборов — тяжёлый глиняный горшок с сотовым, янтарным мёдом и оставшуюся часть сахарной головы, от которой ещё для лешего был отколот увесистый кусок. Она подарила ему мёд и сахар, бережно уложив дары у самого подножия огромного валуна. Пахучий, сладкий аромат июльского луга и чистая сахарная сласть мгновенно поплыли по поляне, смешиваясь с запахом нагретой хвои.

Полоз пригнул свою огромную золотую голову к самой земле. Его раздвоенный чёрный язык на мгновение высунулся, коснулся восковых сот, попробовал белый сахарный край. Чешуя его заиграла мягкими, тёплыми переливами, и золотой змей заметно подобрел. Он шумно, со свистом выдохнул горячий воздух, отчего сухие листья вокруг подарков закружились маленьким вихрем.

— Сладко… Давно меня земной сладостью никто не привечал, — пророкотал Полоз, возвращаясь на валун и вновь сворачиваясь в кольца. — Всё больше с пищалями лезут, землю мою копают, корыстью исходят. Ладно, девка. Принял я ваши дары. Но коли ты про отца своего купеческого просить пришла — зря губы сушишь. Купца Илью Петровича только через три года отпущу. У нас договор, понимаешь? Сами они со мной за руки сошлись.

Купец предо мной на колени встал, отрекся от торга человеческого. Теперь он три года будет моим верным слугой под землёй — клады потаённые откапывать, кои людишки глупые ищут, да мне приносить. Которые богатства мы глубже в породу спрячем, чтоб вовек никто не дотянулся, а которые и вовсе в другие места утащим, подальше от греха. Слово его скреплено, печать земли на нём лежит. Отслужит три года — вернётся живым, да таким богатым, что цари завидовать станут. А раньше — и не думай. Змеиное слово обратно не ходит.

Аглая горько вздохнула, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. Три года под землей, в серых сырых шурфах, среди змеиного отродья… Выдержит ли старый отец такую долю? Но геологический разум Таисьи подсказывал ей: Полоз не врет, договор не сломать даже ведьмачьей силой.

Тогда Арсений шагнул вперёд, ударив посохом о земную твердь. Его кошачий глаз сузился, всматриваясь в золотую чешую змея.

— Про договор мы поняли, царь змеиный, — глухо сказал ведьмак. — Пусть купец свой долг земле отдает, коли жадность его умишко спалила. Но Хозяйка нам поведала, что есть в твоих глубоких тайниках родник с живой водой . Та вода любой пещерный морок снимает, жизнь возвращает тем, кого урал погубил. Дай нам этой воды, Полоз. Уважь ведьмака и девицу, раз мы к тебе с добром пришли.

Полоз долго молчал, уставившись на них своими огромными человеческими глазами. Золотая корона на его голове тускло поблескивала в предрассветных сумерках. Наконец он криво ухмыльнулся, обнажив острые золотые клыки.

— Хозяйка, значит, разболтала… — прошипел он, качнув головой. — Налюбовалась серебром своим, раздобрела. Ну ладно. Воды я вам дам. За хлеб-соль Лешего, за синий атлас сестрицы моей, да за мёд ваш сладкий — не пожалею.