Онлайн книга «Новая хозяйка старой фабрики»
|
— Как же ты меня напугала… дурочка… Захлопнув крышечку, он бережно убрал подвеску под мундир, к собственному сердцу и задумчиво уставился в огонь. В голове возник образ. Почти вспышка. Против воли. Марго. В сердце снова заныло. Картинки возникали в голове: ее алые губы, улыбка, голубые глаза… бледная кожа, всегда прохладная… мягкая аккуратная грудь… святость… благородство в каждой ее черте... … брызги крови… … смазанный кровавый след от ее ладошки… Себастиан устало моргнул — голову снова пронзила мигрень. Как же он хотел спать, и не мог — тревога изводила его. — Ваше величество, — на пороге возник лорд Пауссон, отвесил поклон и вошел в шатер. — Полагаю, Варна знает, что мы стягиваем силы к границам. — Хорошо, — хрипло ответил Себастиан. — На своей территории мы можем делать, что угодно. Он вернулся за стол и принялся просматривать документы, которые принес лорд. Среди прочих прочитал и донесение графа Льорна. Дэйм писал о крайних успехах оружейного производства — вскоре в Серсар должно быть доставлено оружие. До Оракуна здесь недалеко. За пределами шатра вновь раздался грохот телег. — Что там, черт дери, происходит? — недовольно прорычал Себастиан, устремляя взгляд к выходу. — Это прибыл обоз из Фавры, ваше величество. Бернское сукно. Себастиан заулыбался — искренне и весело, и на секунду вся боль, сковывающая его тело и усталость, отступили. Он вспомнил гордую баронессу, ее упрямый прямой и слегка смущающий взгляд. Она делала невероятное — за столь короткий срок стремилась покрыть всю потребность его армии. Но такими темпами Фавра будет разорена. Станки работали днем и ночью. Ив содержала красильщиков и швей, обеспечив заказами швейные дома и мастерские по всей стране. Женщина, а дела ведет по-мужски. Слово держит. Хороша сука. Отменная. Как и все, что выбирает Кристиан Корнуэлл. Улыбка тотчас сбежала с губ Себастиана, когда перед мысленным взором промелькнуло призрачное воспоминание — его нож, который он после велел расколоть и переплавить, алое пятно на ее белоснежном платье, горячие слезы, струйками стекающие по ее щекам… Он встряхнул головой. Каменные коробки коридоров, его сбивчивое дыхание… Он был слишком пьян, чтобы вовремя позвать королевского врача, а она ненавидела его так сильно, чтобы жить с ним и дальше. Пятна крови вывели его на балкон, где в ночи гулял свирепый ветер. Флаги в ту ночь неистово трепетали, точно крылья птицы — шум стоял оглушающий. Река под замковой стеной бурлила, как магма. Он вспомнил, как рычал и рвался к зубчатому парапету. Его и впятером едва удержали — Корнуэлл был там. Этот ублюдок оттащил его к стене, скрутил, а потом вырубил. — Ты же ненавидишь холодную воду… — пробормотал Себастиан. — Замерзла… Гроб в склеп снесли пустой и усыпали белыми розами. А буйные воды в реке все бурлили и бурлили еще пару дней. Этот удар ножом… Рука Себастиана помнила хорошо, хотя сам он был слишком пьян — за ее предпочтение, за взгляд, которым она смотрела на другого мужчину… на Корнуэлла… за ее вымученное признание, когда Себастьян из ревности ударил ее. Она все убила в нем. Навечно. И теперь он жил так, словно ничего не было. А ведь было — он словно погиб в ту ночь. * * * Он слушал доклад молча. Стояла глубокая ночь, головная боль так никуда и не делась. В его шатре были и именитые лорды, и генералы — все ожидали от него решений, а он устал нести ответственность. |