Книга Опасный. Волшебный. Кот, страница 50 – Маргарита Ардо

— А теперь говори. Честно и без манипуляций. Что это за Святозар и откуда? Он тоже не человек? Ну!

Кот от возмущения пробормотал что-то, как каши прожевал.

— Внятнее! — гаркнула я.

— Человек. Почти.

— Конкретнее!

— Он не из нечисти.

— А откуда?

— Начальство сверху отправило. Из Прави.

— Почему? Зачем?

— Думаешь, там, наверху, никого не волнует то, что у нас происходит безобразие? Отпусти меня!

— Как только все расскажешь! Этот Святозар богатырь?

— Смотря что ты понимаешь под… — начал было мямлить кот.

— Выкладывай всё, что касается Стаса! — Я сжала шкурку сильнее.

Морда кота от этого вытянулась, как при перетянутой косметической пластике.

— Не ожидал от тебя, Ева-о-а-у…

Я встряхнула Говоруна, пылая от праведного гнева и внезапно чувствуя приличную силу в руках.

— Говори!

— Святозар — проверяющий, — проворчал кот. — Там, наверху, прослышали, что вход в Навь под угрозой, а в самом царстве мертвых хаос и беспорядки, послали светлого воплотиться. Этот ничего не забыл, потому что с детства медитировал.

— И что он сделает? — грозно спросила я.

— Если Кощей вовремя не исправит то, что надо исправить, светлый прижмет к ногтю — у него неограниченные полномочия. А если он один не справится, на нас рать целую отправят. Вот тогда точно всё! Коньки, ласты, кондрашку, всё склеим и отбросим на веки вечные! Но тебя это не коснется…

— Сразу предупреждать надо было! Меня зачем сватал? Чтобы я потом за тебя и дальше заступалась?

Я отпустила Говоруна. Тот отскочил, как мячик, и начал быстро вылизываться, обиженный. Хвост его отчаянно бил по полу, выражая недовольство.

— Ты и впрямь ужасная, вредная, таким злым нельзя ходить с маникюром! — бормотал Говорун. — А я-то тебе добра хотел, лучшую партию готовил. За что ко мне такие жестокости? Я и так сколько мог, скрывал, утаивал, справлялся сам, а как пригорать начало, тревогу забил. Не я, скажешь?! Кто вас, обалдуев неблагодарных, шевелиться заставил?

— Ты. Но можно было прямо сказать.

— Мне прямо по рангу не положено! — огрызнулся кот.

— Вопрос номер два: я кто? Просто человек или тоже беспамятная сущность из каких-то ваших миров?

Говорун замер, посмотрел по углам, прижав уши.

— Ты вообще при чем, Ева?

— Отвечай!

— Ну всё, с меня хватит! Бессмысленное насилие, запугивание, принуждение к правде! Лучше утопиться! — Говорун вскочил, вздыбился и растворился. Голубые шерстинки, оброненные им по всей квартире, тоже подлетели в воздух и исчезли.

Ну и в добрый путь! Хотя показалось, что синий пройдоха все равно вернется.

Дома я сидеть не стала. Бросилась к квартире Стаса, мне не открыли. Выбежала на улицу, рванула в сторону чайной. Не добежав, увидела его, стоящего у той самой траншеи, руки в карманы. Даже без дара вокруг Стаса ощущался мрак, а в его спине и всей позе было что-то есенинское, типа: «Мне осталась одна забава: пальцы в рот да веселый свист…» Я подбежала к нему, развернула к себе за плечи и спросила в лоб:

— Ты знаешь! И когда ты вспомнил?!

— Ты о чем? — продолжал хмуриться Стас.

— Прекрати! Мне иносказаний и хитровывертов от Говоруна хватило! — воскликнула я и ткнула пальцем ему в грудь. — Если б ты не вспомнил, кто ты, с чего бы коту на тебя наговаривать? О чем другом?

Стас усмехнулся, хотя глаза его по-прежнему были ледяными и мрачными.