Книга Опасный. Волшебный. Кот, страница 51 – Маргарита Ардо

— Как минимум, о том, что я хотел с него шкуру снять в Нави? И снял бы, если б синегад не улизнул.

Неужели ошиблась? А мысль показалась мне такой логичной, я себя даже Агатой Кристи почувствовала!

Я громко выдохнула разочарование и вдруг заметила ехидство, поблескивающее из мрака зрачков.

— Врешь! Ты вспомнил! Почему мне сразу не сказал, когда вернулся?

— Зачем? — вновь усмехнулся Стас и вдруг стал серьезным, почти таким же, как его альтер-эго, разве что без короны. — По-твоему, нормально с ходу девушке, которая понравилась, говорить: «Привет, милая, я Кощей. Не пугайся, я белый и пушистый, когда аспидов не строю и мертвецов не гоняю»?

— Я же и так твою суть увидела, — пробормотала я.

— И была в таком восторге, что предпочла головой в канаву, чем со мной здороваться?

— Но ты все равно пришел…

— Поблагодарить. А ты думала, зачем?

Я покраснела и насупилась. А потом мне надоело.

— Так, мне все равно, что там и как. Я пришла тебе сказать главное: появился некий аудитор света с неограниченными полномочиями, который будет все проверять. Навь вашу, ходы-выходы, все ли в порядке. И если что не так… — Я глянула в его синие глаза, которые, словно кромка айсберга в теплом течении, начали оттаивать. — В общем, тебе грозит опасность! И не надо смеяться и все в шутку переводить: я это из кота вытряхнула так, что он обиделся!

Стас изменился в лице.

— Это немного меняет дело. Кхм, спасибо за инфу!

У меня будто гора с плеч упала. Как хорошо, когда не надо больше лгать и изворачиваться. Прямо говорить — просто благословение какое-то! Я взглянула в небо. Облако над нами было похоже на доброго бегемота. Не знаю, что это значило, но явно не кошмар и ужас. А Стас задумался.

— Ты как увидела то, что я не совсем тот, кем выгляжу?

Я пожала плечами.

— Говорун мне дар выдал: видеть суть.

— Ясно.

— Но я мысли, как он, читать не умею.

— А он, значит, умеет. — Стас задумался, потом глянул на меня. — Ева, я тебя услышал насчет «у нас ничего не будет». Поговорить в спокойном месте, к примеру, в нашей чайной, входит в это «ничего» или оно вне рамок допустимого?

«А говорили, что Кощей абьюзер… Тоже врали», — подумалось мне.

— Можно и поговорить, — согласилась я.

Стас потянулся рукой к моей, но тут же резко убрал, засунул в карман. И чтобы сгладить неловкость, я пошла в сторону «Йаги» первой, зная, что он идет за мной. Остановилась только у дверей и посмотрела на вывеску.

— И это тоже не случайно.

— Выходит так.

— Сестра придумала?

— Нет, я. — Стас достал ключи и открыл стеклянную дверь. — Показалось символичным. Название микрорайону тоже придумал я. По картам был просто тридцать девятый километр, с моей подачи вышла…

— …«Тридевятая миля», — договорила я. — То есть ты все-таки чувствовал что-то!

Он пожал плечами и, открыв передо мной дверь, пропустил первой в пахнущую травами полутьму. Теперь интерьер показался мне еще более мистичным. Я обернулась.

— А кто интерьер проектировал?

— Тоже я.

— Очень клевый, — призналась я. — У тебя талант.

Стас включил свет у прилавка и налил воду в электрический чайник. Мистика исчезла, уют остался. Я осмотрелась, чувствуя себя внезапно причастной к сказочному таинству, мыслимое ли дело — с Кощеем чай пить!

— Просто я умею слышать материалы, — сказал после паузы он. — И пространство. Каждое требует своего. Дерево, пластик, металл, камень, все всегда должно быть на своем месте. Всегда считал, что это просто чуйка…