Книга Жаркий инструктор, страница 11 – Елена Волкова

Что же она так волнуется. Зуб на зуб не попадает у дурехи. Я и так, как могу эмоции зажимаю.

— Сильно? — врубаю струю посильнее. Ледяную. — Крови много.

Я бы себе эту струю в штаны слил. Слишком меня малыха цепляет.

Мелкая, упрямая, настоящая. Не лощеная сука, понимающая что хочет в данную минуту и от кого. А такая, как Дуня — реальная, земная девочка.

Очень искренняя, смешная и доверчивая.

— Саднит, — губешки дрожат.

Нутряк переворачивается.

Вытаскиваю из-под струи палец, рассматриваю края. Вроде ничего такого, просто глубоко лезвие вошло. Досадую на себя. Надо было предупредить, что ножи острые. Я других в доме не держу.

Открываю аптечку. Смачиваю диск перекисью, прикладываю.

— Сейчас пройдет.

— Мгм.

Реснички дрожат. Неужели так больно?

Хочется взять ее на колени, посадить и качать как маленькую. Дуть на пораненный пальчик, зацеловывать ноющее местечко.

Какого черта, Гончаров? Куда ты лезет в фантазии, а? Ты понимаешь, что все бесполезно. С хера тебя в благотворительность понесло? Любовь не про тебя.

— Присядь.

Блядь, ты даже говорить нормально не умеешь, рявкаешь, как носорог, недовольный, будто тебе не додали.

А мне и недодали! Ни любви, ни дома, ни семьи.

То есть не брал. Не хотел никого. Ни тех, кто были, ни Алису сегодняшнюю.

А эту дуреху хочется.

— Лекс, дайте бинт, — просит.

— Дай.

— М? — непонимающе хлопает глазюками.

— Мы на ты. Я не старый для тебя. Да? — внимательно жду.

Вот только попробуй скажи, что я дед для тебя. Выпорю. Мне к сорокету идет, это разве «дед»?

— Вы … — сглатывает. — То есть ты … хорошо выглядишь, — бормочет.

— Значит, на ты, — строго внушаю.

Давай, Дуняш, у меня должна быть надежда. Что ты прыгаешь с Вы на Ты как маленькая, определяйся уже.

— Ладно, — отворачивается.

Сажусь и бинтую пальчик. Они очень красивые у нее. Кисть как у аристократки. Пальчики длинные, ноготочки милые, красиво запилены, без покрытия.

Такие руки целовать и целовать можно.

Завязав узелок, веду по вене. Тоненькая кожа пульсирует.

Прижимаю подушечку, впитывая ее пульс. Ааа! Ссука.

Надо уйти. Мне никогда так башню не срывало, еще и кадры гардеробной постоянно перед глазами вспыхивают.

Попочка, упакованная в простые хлопковые трусики. Такую попочку нужно в кружево наряжать. Спинка, плечики точеные. Да пиздееец … Член оттягивает боксеры. Стискиваю зубы.

— Может сверху напалечник? — робко предлагает. — Я могла бы продолжить.

— Кхм.

Любая ассоциацию уходит в преисподнюю имени восставшего члена. Реально кукуха полетела в неизвестном направлении. Молча достаю резинку, натягиваю на бинт.

По-хорошему Дуняшу нужно отпустить.

Эгоистично не желаю этого делать. Не хочу лишиться ее общества. Придется догонят, сочинять бред и пугать. Ненамеренно пугать, она и без меня все придумает и даст деру. И хер знает куда потом попадет.

— Мне нужно уехать кое-куда, — на нее не смотрю. — По делам. Я ненадолго. Справишься без меня?

— Конечно, — с облегчением.

— Бросай борщ.

— А что же тогда? — теряется.

— Ну … пыль протри сухой тряпкой.

Задумывается. Вертит пальцем.

— Это мизинец. Рука левая. Проблемы не будет. Так что я сварю. Просто будет медленнее, чем обычно. Уже не так болит.

— Медленнее?

Ну хоть что-то приятное

— Это проблема? — волнуется. Щеки снова розовеют. Ай, хорошенькая какая. — Могу ускориться, тогда шинковка будет неровная и может кусочки перца разного размера.