Онлайн книга «Любовь и годы. Вдали от Родины»
|
Пауль не писал. Было тридцатое июня. До срока, назначенного Паулем, и до приезда барона оставались считанные дни. Генрих и Лиля с тревогой ждали очередную почту. Офицер казался совершенно спокойным, хотя его очень волновал предстоящий побег. В Пауле он не сомневался, был уверен в нем, Как в себе, тем более, что дело было несложным. Генриха мучило другое: то, что отец, несомненно приедет первым. Ах, если б знать, что за эти пять дней Лиля станет ему родной и близкой… Пауль… Почему молчит Пауль? Первого июля утром среди корреспонденции Лиля заметила заказное письмо из Берлина. Она поспешила наверх. Генрих был у себя. — От Пауля? – сразу спросил он.- Ну наконец-то! Лиля подсела к нему за стол. Генрих хмуро прочел письмо, озабоченно взглянул на девушку и взял сигарету. — Ну что? Что ты молчишь? Что-нибудь случилось? Лиля спрашивала тихо, дома была Бригитта. — Все в порядке. Пауль подготовил тебе хорошие документы, заказал шведский паспорт. Твой побег назначен на пятое или шестое. Точную дату он сообщит по телефону. Лиля сидела побледневшая, сцепив руки на груди. — Лиля, милая. не думай ни о чем. Все будет хорошо. — Хорошо? Боже мой… Генрих, ведь послезавтра приезжает твой отец. Ведь он позовет меня к себе… А мне не нужна свобода такой ценой. Я не смогу, пойми, не смогу! И еще… Боюсь, что он не оставит меня в доме. Я надерзила ему перед отъездом, разозлила его… Но я уже не могла… Есть же какой-то предел унижению! Глаза Лили сверкнули слезами. Она прижалась к Генриху. — Застрели меня! Застрели. Но не отдавай ему! Теперь, когда у меня есть ты, это невозможно. А если за мной придут солдаты и уведут неизвестно куда? Разве ты выдержишь? Да ведь ты убьешь его! Что же нам делать? Что? — Лиля, не волнуйся,- Генрих казался совершенно спокойным.- Никаких истерик. Пауль назначил срок, и мы должны быть к нему готовы. Ничто другое не должно тебя беспокоить. Он ладонями поднял кверху ее лицо и строго заглянул в глаза. — Я никому тебя не отдам. Ты моя. Ты только моя. Запомни это. — Генрих, ты можешь никогда не узнать, куда я исчезла. Что ты можешь сделать? — Что? Я могу сделать все. Ты меня еще не знаешь. И не надо жертв. Ты мне нужна живая. Я люблю тебя… Генрих успокоил Лилю, но сам был встревожен. Случилось то, чего он боялся, отец приезжает первым. Что делать? Не возбуждать подозрений и отдать Лилю отцу? Закрыться у себя в комнате и не видеть, как она пойдет мимо в спальню барона, растерянная, униженная? Напиться до бесчувствия, чтобы ничего не видеть и не слышать? Пожертвовать любимой женщиной ради задуманного дела? Но как потом взглянуть ей в глаза? Да и как самому выдержать, чтобы не выпустить в нее и себя пулю? Нет, невозможно. Но тогда или открыться или откровенно поговорить с отцом. Щепетильный барон никогда не поймет серьезного чувства к русской девушке. Он вполне может отправить Лилю в лагерь или посадить под замок. А это провал побега. Провал. Генрих нащупал в кармане холодную сталь пистолета. Да, в таком случае выход один. На следующий день Бригитта и ганс уехали в город. Генрих увел Лилю к себе. Был очень жаркий день, а здесь – прохладно и тихо. Неслышно работал вентилятор, в открытое окно доносился запах цветов. Незаметно бежали часы. Лиля сидела на диване, прижавшись к Генриху, на плечи наброшена его голубая сорочка. |